И еще один основатель камчатской Руси -- Петр Панчу
Информация Владимира Ивановича Самборко (Соболево, ул. Заречная,2-Б. кв. 8, телефон +7-415-36-32-186, мобильный 8-902-46-45-204
Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.)
Международная газета «Восток России» №35./109 за сентябрь 1993 года
пишет:
Летом 1992 года по камчатским рекам Жупанова и Авача сплавлялись на катамаранах семеро туристов, двое из которых были финнами. Один из них имел небольшую просьбу от своего знакомого из Финляндии попытаться узнать, проживает ли на Камчатке Людмила Пантсу 1923 года рождения. В этой группе был заводчанин Андрей Ханнолайнен, который совершенно случайно познакомился в Петропавловске с сотрудником фирмы «Пасифик Нетворк» Денисом Семеновым, который узнал телефон и елизовский адрес некой Людмилы Лукьяненко, родившейся 1 марта 1923 года…
Великая Октябрьская революция застала финна Пекку Пантсу в России. Выехать на родину у него не получилось, и он решил поехать в Америку через восточные порты и добрался до Владивостока. К несчастью у него закончились деньги и он устроился работать кочегаром на судно. В 1922 году их пароход отдал якорь в камчатском поселке Соболево, где Пекка встретил и полюбил Марию Карлсон. Отец девушки швед Сивирин (Северин?) Карлсон работал в Соболево коммерсантом, выменивая мануфактуру, ружья, порох, соль на меха. У него, кроме Марии, было еще семеро детей. Мать Марии была русской из местных. Пекка остался жить с Марией в Соболево и 1 марта 1923 года у них родилась дочь Людмила. Отцу семейства тогда было 22 года.
Пекка работал в Соболево охотником. Ловил пушного зверя, стрелял медведей. Впоследствии в своей книге о Камчатке Пекка напишет, что добыл здесь 130 косолапых. Камчадалы любили и уважали молодого финна великанского роста, величая его Петром Ивановичем Панчу. Семья Пантсу хотела эмигрировать на Родину Пекки и даже приехали в Ленинград. Но поскольку свидетельство о браке они потеряли еще на Камчатке, Марию большевики отказались выпускать, заподозрив в ней шпионку. Семейство вернулось на Камчатку.
Петр Иванович продолжал охотиться и был одним из первых основателей деревни Русь в Соболевском районе Камчатки. Газета «Камчатская правда» от 25 февраля 1984 года опубликовала статью Сергея Вахрина «Камчатские фамилии», в которой упоминался Петр Панчу: « Слушали ходатайство жителей Мономаховской волости Марченко, П.И.Панчу по поводу других граждан этой волости, поселившихся на р.Удова, о разрешении наименовать образованный ими поселок «Русь». Постановили: подтвердить название поселка Русь.» Дочь Людмила хранит эту вырезку с упоминанием об ее отце.
Семейная жизнь Пекки и Марии вскоре дала трещину и Пекка, рассорившись с Марией, уехал. В 1930 году он сумел добраться до Финляндии. Там он второй раз женился, в 1939 году у них родился сын Эрки. Всю оставшуюся жизнь Пекка Пантсу вспоминал Камчатку, много рассказывал о ней сыну и двум внукам. Камчатка и дочь Людмила у него в душе. В 1980 году в Финляндии была издана небольшим тиражом (всего 10000 экз.) книга с уникальными фотографиями «Камчатка. Воспоминания молодого охотника», автор - Пекка Пантсу. К сожалению, книга на русский не переведена и поэтому недоступна для наших читателей.
Последние пять лет своей жизни Пекка Пантсу прожил у сына Эрки, который неоднократно хотел разыскать Людмилу. Но отец говорил, что не надо, так как у Людмилы могут возникнуть проблемы с органами безопасности. Пекка Пантсу умер в 1988 году в возрасте 87 лет. Весь мир тогда обогатился словами «перестройка», «гласность». Рухнул железный занавес СССР, открыли Камчатку. Эрки твердо решил разыскать Людмилу. И, как уже говорилось выше, финские туристы, побывавшие на Камчатке в 1992 году, привезли Эрки весть: «Твоя сестра живет в городе Елизово». Эта новость всколыхнула всю финскую округу, где проживала семья Пантсу. Ею заинтересовались журналисты, решившие поехать на Камчатку и снять об этом фильм. Но Эрки решил пока сам поехать. И вот они с женой Терхи в июле этого года приземлились в Елизовском аэропорту…
Людмила Лукьяненко (Пантсу) вспоминает… «Отец оставил нас в 1930 году. Мне было тогда 7 лет. Я хорошо запомнила этот момент. Он посадил меня на колени, гладил и говорил ласково: «Точенька, точенька..» А потом его не стало. Мама сказала, что папа нас бросил. Я запомнила хорошо его огромный рост и большие руки. Камчадалы любили и уважали его за добрый и порядочный характер. Говорят, что он попадал медведю в глаз. Из рассказов матери мне стало известно, что отец работал еще экспедитором. Японцы на Камчатке заготавливали рыбу, а с наступлением холодом уезжали. Отец нанимал рабочих, грузил рыбу на корабль и отвозил в Японию. На обратном пути заезжал во Владивосток отчитываться. Отец попытался узнать обо мне в 1937 году. Родной брат мамы Александр Карлсон получил от него письмо из Финляндии. Отец с мамой был в ссоре, а с ним (Александром-В.Самборко) дружил. Дядю Сашу тогда из-за этого письма вызвали в НКВД, и он сгинул где-то на золотых приисках Колымы. Видимо отец узнал, что творится у нас в стране и больше не пытался меня разыскивать.
У меня хранится вырезка статьи С.Вахрина из «Камчатской правды», где упоминается мой отец. Еще есть два пожелтевших письма от некоего Рыжука. Я не знаю его имени, но работал он в Соболево учителем.
Вот эти письма:
«Дорогая Людмила Петровна. Пересматривая свои архивы, я нашел среди фотографий снимок вашего родного отца и убитого мною вместе с ним медведя. Снимок вам высылаю, как дочери моего друга Камчатки, хотя все это кажется сном. Я 3 декабря отпраздновал 75 лет своей жизни, выехал 35 лет назад с Камчатки. Желаю Вам всего хорошего. Любите Камчатку – она Ваша родина. Декабрь 1959 года, Рыжук».
« Дорогая Милочка. Получил Ваше письмо. Оно напомнило мне о тех счастливых днях жизни, когда мы с Вашими родителями жили соседями среди болот и лесов, делил грусть и радость и были счастливы… С Вашим отцом мы дружили на Камчатке, ходили вместе на охоту. Он был хороший стрелок и попадал медведю в глаз. Он был очень честный и справедливый. Отец Ваш уехал на Родину в Финляндию в село Маткосельск Выборгской области. Я тогда еще бродил по России, не имел постоянного адреса и потерял с ним связь. Конечно, по-видимому, его войны и жизнь уничтожили. Ему тоже около 75 лет, как и мне и его скоро спишут, как и меня, со счета живых. Живу материально удовлетворительно, а морально плохо. Глубокая старость и упорный труд дают о себе знать. Проработал в школе 40 лет. Выпустил кадры за 10000 человек, а благодарность очень незначительная. Приезд ученика с Камчатки в мою обитель очень меня обрадовал и тоже напомнил о хороших, тихих временах жизни. Когда мы с Новограбленовым встретились возле моего дома, то, обнявшись, стояли в оцепенении десятки минут. Попробуйте, напишите финскому консулу в Москве, он может навести справки, хотя может его уже нет и Маткосельск мог отойти вместе с Выборгом к СССР. Вспоминаю, как Вы сидели на шее у Петра Ивановича. Будьте здоровы и счастливы. Рыжук. Декабрь 1959 года»
К финскому консулу я не обращалась. Как это можно было сделать, живя на Камчатке? В 1976 году на Камчатку приезжал Урхе Кекконен, и я хотела выбежать на дорогу, остановить машину и сказать про отца. Но побоялась, что меня посадят за это в тюрьму. Мне уже 70 лет, я инвалид второй группы. 40 лет проработала бухгалтером в Елизово. Своего первого сына я назвала Петром и оставила ему фамилию-Панчу. О существовании брата я ничего не знала. Брат хочет забрать меня к себе в Финляндию. Наверное поеду, посмотрю. Ни в одной зарубежной стране я никогда не была».
Из беседы с Эрки Пантсу
- Кем работал отец, когда уехал из СССР?
- Он был представителем мясоперерабатывающего завода и занимался покупками скота. Затем курировал мясную торговлю, после чего стал директором мясоперерабатывающего завода в городе Варкалсе. Там он проработал до пенсии.
- Как часто отец вспоминал свои годы, проведенные на Камчатке?
- Он жил этими воспоминаниями и даже написал книгу в 1980 году о своей Камчатской жизни. Она заняла первое место на периодически проводимом в Финляндии конкурсе на лучшее литературное произведение о путешествиях и приключениях. Отец получил премию-9 000 марок.
- Как отзывался Ваш отец о здешних людях?
- У него остались самые лучшие воспоминания о местных жителях. Он говорил, что на Камчатке никто никогда ни у кого ничего не воровал, не нужна была полиция, двери никто не закрывал. Ему было приятно жить среди добрых и отзывчивых камчадалов, которые, по словам отца, никогда не свкандалили. Отец был охотником и говорит, что убил здесь 130 медведей.
- А какое ружье у него было?
- На медведя «Ремингтон» и другие.
- Умел ли Ваш отец ездить на собачьих упряжках?
- Конечно. Ведь зимой это был основной вид транспорта. Однажды у него заболел зуб, а в Соболево не было врача, и он на собаках доехал до Петропавловска, где получил медпомощь.
- Кем Вы работаете?
- Учителем истории в школе, а жена Терхи стоматолог.
- Эрхи, Вы видели скромную однокомнатную квартиру Людмилы. Не шокировали ли Вас ее жизненные условия?
- Я в России уже бывал и знаю, как живут Русские, а вот Терхи была немного в шоке.
Живем мы в 70 км от Выборга и в 10 от Хельсинки, рядом с озером и Финским заливом. Наш двухуровневый дом находится на склоне. Общая площадь дома 500 кв. метров. Есть гараж для двух машин, прачечная, подсобные помещения, рабочие кабинеты, кухня с подсобками, зал для гостей, спальни, холл, где собирается вся семья. Сауна, бассейн, библиотека.
- Как Вы проводите свободное время?
- Я встаю в шесть и варю себе кофе, хотя в последнее время предпочитаю уже чай. Потом встает жена и готовит еду. В семь мы завтракаем. Терхи к 8 часам уезжает в клинику, а я к 9 иду в школу. Моя нагрузка 22 часа в неделю, в году это около 190 рабочих дней. На выходные дни мы, как правило, уезжаем на природу. У нас есть катер и свой остров на одном из живописных финских озер. На острове есть два домика, где мы живем. Люблю рыбачить, иногда ловлю лосося на море. Увлекаюсь охотой на лося. У меня есть много охотничьего оружия. Любим копаться в своем саду. Там у нас растет картофель, смородин, малина, яблони, вишни, сливы правда замерзли. Мы везем с Камчатки корешки жимолости, черемши и других растений. Попробуем их прижить на финской земле.
- Ваши дочери живут с вами?
- Да, но уже меньше. У них появись свои привязанности, кавалеры…
- Что можете еще рассказать об отце?
- В начале 50-х годов, когда я был еще маленьким, мы ездили с отцом по стране. Однажды один из его людей говорил: «Пекка, тут живут две женщины, которые говорят только по- русски, пойдем, ты с ними поговоришь». Когда мы вошли к ним в дом, то отец и эти две женщины, увидев друг руга, кинулись в объятия. Оказывается, это были две сестры. Во времена русско-японской войны 1905 года они попали в царскую армию. После войны остались во Владивостоке и работали в госпитале медсестрами. Примерно в 1926 году отец был во Владивостоке и серьезно заболел. Эти женщины выходили его в госпитале. Так что мир наш очень тесен.
Эрки Пантсу и его супруге понравилась природа Камчатки. Люди, по их мнению, живут почти в нищете, сам город производит унылое впечатление. Хотя они считают, что у россиян все еще впереди.
4 августа (1992 года) супруги Пантсу с Людмилой и переводчиком улетели в Хельсинки Игорь Кравчук.
