Крутогоровский рыбокомбинат.

От огромнейшего рыбокомбината остался небольшой поселок. В комбинате работало несколько тысяч человек, которые давно уже покинули полуостров, но помнят о годах, проведенных на Камчатке.

Об истории комбината можно прочитать по этому адресу http://www.fishmuseum.ru/?d=history&con=mpub&linkid=889&id=889&id_cont=211&t_name=museum_pub&id_epoha=&n=211&one=&title=%CA%F0%F3%F2%EE%E3%EE%F0%EE%E2%F1%EA%E8%E9+%F0%FB%E1%EE%EA%EE%EC%E1%E8%ED%E0%F2#n1

Вот часть материалов из истории комбината, который мы предлагаем дополнить всем, кто когда-то жил и работал на этих заводах и базах, или кто родился и учился в этих поселках.

Ф. 88, оп. 1, ед.хр. 405, л. 40
1959 год

Решение № 82
исполнительного комитета Соболевского районного
Совета депутатов трудящихся
от 27 мая 1959 года
"О присвоении наименований населенных пунктов
рыбозаводам, рыбоконсервным заводам и
сельхозфермам Ичинского, Крутогоровского, Пымтинского
комбинатам и комбинату им. Кирова"
Учитывая частую замену наименования рыбозаводам и консервным заводам, что затрудняет в их обслуживании как по лини связи, а так же и по другим ведомствам и идя навтречу жителям указанных заводам исполком Соболевского райсовета депутатов трудящихся РЕШИЛ:
1. Присвоить рыбозаводам, консервным заводам и сельхозфермам постоянные наименования населенных пунктов:
По КРУТОГОРОВСКИЙ РЫБОКОМБИНАТУ:

Рыбозаводу № 1, населенный пункт поселок "Крутогоровский"
Ф. 88, оп. 1 , ед.хр. 405, л. 26
В связи с отсутствием наименований ряда населенных пунктов Соболевского района, что затрудняет их обслуживание органами связи, руководствуясь Декретом ВЦИК и СНК РСФСР от 30 августа 1926 года "О порядке регистрации и наименования вновь возникающих поселений", исполком областного Совета депутатов трудящихся решил:
Зарегистрировать и присвоить наименования следующим населенным пунктам Соболевского района:
Поселку возникшему при рыбоконсервном заводе № 34 Крутогоровского рыбокомбината - поселок Малореченск (сельского типа)
(число жителей - 268 человек)

Поселку возникшему при рыбоконсервном заводе № 36 Крутогоровского рыбокомбината - поселок Южный (сельского типа)
(число жителей - 300 человек)

Поселку бывшей 8 базы рыбозавода - с. Охотское
(число жителей - 170 человек)

Поселку возникшему при сельскохозяйственной ферме № 1 Крутогоровского рыбокомбината - село Лесное.
(число жителей - 129 человек).

Ф. 88, оп. 1, ед. хр. 504, л. 131
Статистическое управление Камчатской области сообщает количество населения по Крутогоровскому 2-му сельскому Совету Соболевского района на 1 января 1960 года…:
Крутогоровский II-й сельский Совет -- 1514 человек;
Отнесенные к нему:
Поселок Колпаково -- 737 человек
село Заветное -- 86 человек
Итого по сельсовету 2337 человек

Ф. 88, оп. 1, ед.хр. 405, л. 40
…Рыбоконсервному заводу № 33 дается название поселок "Родниковый" исходя из наличия родниковой воды.
…Рыбоконсервному заводу 35 дается название поселок "Колпаковский" по названию ближайшей реки
…Сельхозферме № 2 присваивается название села "Дальний лес", потому что ферма расположена в отдаленном участке леса от центральной базы Крутогоровского рыбокомбината.

л. 44
СПРАВКА
о количестве населения в населенных пунктах
Соболевского района

По Крутогоровскому рыбокомбинату

1. Рыбозавод № 2 1163
2. Консервному заводу № 34 268
3. - х -- № 33 328
4. - х -- № 35 473
5. - х -- № 36 456
6. Сельхозферма № 1 129
7. Сельхозферма № 2 92

1962 год

В пос. Южном проживает 360 человек населения.
В связи с ликвидацией расположенного в пос. Южном рыбоконсервного завода, часть населения до 1 октября 1962 года будет переселена на другие заводы Крутогоровского комбината, а часть населения будет сокращена с выездом за пределы района.

Ф. 88, оп. 1, ед.хр. 732, л. 184
1964 год

СПРАВКА
Об исключении из учетных данных пос. Колпаковский Соболевского района.

пос. Колпаковкий расположен на берегу Охотского моря (в 18 км от пос. Крутогоровский - Ред.), находится в административном подчинении Крутогоровского сельского Совета Соболевского района.
В поселке был расположен рыбозавод №4 и холодильник № 8 Крутогоровского рыбокомбината.
В целях дальнейшей централизации производства по решению вышестоящих директивных органов рыбозавод и холодильник с 1 сентября 1964 г. закрыты. Часть рабочих и служащих рыбозавода и холодильника уволены по сокращению штатов и выехали за пределы района, а часть переведены на другие предприятия рыбокомбината.
В связи с закрытием завода и холодильника и выездом из поселка рабочих и служащих этих предприятий, закрыты культурно-бытовые учреждения - восьмилетняя школа, фельдшерско-акушерский пункт, детские ясли, садик, отделение связи, торговые предприятия, столовую, пекарню. Рабочие и служащие закрытых культурно-бытовых учреждений переведены на работу в другие населенные пункты.
В настоящее время в поселке никто не проживает. Целесообразно пос. Колпаковский исключить из учетных данных.
Я родилась в п. Крутогорово в 1954 году. Моя бабушка, Милюхина Анна Семеновна, приехала по вербовке в 1948 году с моей момой, 12 летней девочкой Бородовкой Татьяной,работать на рыбозавод Крутогоровский.Так и остались там. Жили мы на "Сахалине". Так называлась часть поселка, которая тянулась от клуба ко второй базе. В первый класс я пошла на 36 базе, но в том же, 1961 году, после шторма, смывшего много домов, мы
опять переехали в Крутогорово. Теперь мы жили в бараке напротив школы.Бабушка работала в бане, а мама обработчицей рыбы, а потом варила рыбий жир из печени.Как это было вкусно! Конечно, сейчас поселок очень изменился, но я помню почти каждый дом, начиная от рыбозавода и до новой больницы. Если бы я могла рисовать, то выписала с любовь каждый домик и заборчик! В 1962 году мама вышла замуж за Томака Александра, меня усыновили и я стала Томак Людой. В 1965 году отчима перевели в райком комсомола в Соболево и мы переехали.Всю сознательную жизнь я скучаю и хочу увидеть мое ( хотя оно уже далеко другое) Крутогорово. Если кого заинтересовала моя информация я еще с удовольствием поделюсь своей памятью о моей Родине.
Да, Сахалинская улица тянулась от клуба до больницы, далее Рыбацкая (до моста), за мостом Зареченская, перед Сахалинской - Заводская и Набережная. Новый завод работал на всю катушку; что только не выпускали.
Флот состоял (если не изменяет память) - 11-12 МРС и 5-6 катеров (плюс в путину невода - не менее 4). В школе наполняемость классов была от 20 и более учеников, а когда учились и с Ичи в 9-10 классах ещё больше. Жизнь бурлила. Ездили на соревнования в Соболево по лыжам и волейболу, если не изменяет память - в 76 году на областных соревнованиях по баскетболу честь района защищала команда с нашей школы под руководством учителя математики Ивана Григорьевича Белокопытова. Во время путины количество жителей увеличивалось за счёт приезжих. В 77-78 г. помнится приезд студенческого отряда с Белорусского гос. университета (сыграли даже свадьбу).
Вот так вкратце вспомнилось.
А кого помните из людей --друзей, соседей, одноклассников? Куда забросила их дальнейшая судьба?
Помню очень многих и есть данные, правда не по всем ребятам; хотелось бы на этом сайте встретиться с живущими сегодня в Крутогорово; может кто то скинет фотографии того, что сегодня.
Вопрос к создателям сайта - Вы сами на Камчатке или за её территорией?
Территория Крутогоровского сельского Совета № 2 -- Крутогоровского рыбокомбината.

Attached files
Ответ Сергею -- мы находимся на Камчатке. Ближайший к Крутогорово наш ведущий (организатор, модератор) Владимир Иванович Самборко -- он живет в Соболево. Нам бы тоже хотелось, чтобы крутогоровцы вышли на связь. Давайте попробуем их расшевелить?!
Спасибо за ответ! Интересно узнать судьбу Зои Львововну Краснощёковой - бывшего 1 секретаря Соболевского райкома партии и планы по развитию (закрытию) п. Крутогоровского от нынешнего главы района Е. Названова (уроженца п. Крутогоровский).
Зоя Львовна Краснощекова живет в Петропавловске, возглавляет Совет ветеранов. Здорова, бодра, жизнерадостна. Она, вместе с Владимиром Афанасьевичем Бирюковым, почетный житель Камчатской области.

О перспективах поселка Крутогоровского постараемся рассказать на нашем форуме. Хотя это могли бы сделать и сами жители поселка, читающие материалы Форума.
Haшёл в инете статью от 2002 года. Реальность то была тяжёлая. Хочется услышать мнения по фактам, изложенными ниже:
"Для того, чтобы научиться выживать, не обязательно ехать на остров Поко дель Торо. На западном побережье Охотского моря есть поселок Крутогоровский, в котором живут отважные люди, для которых экстрим стал нормой жизни. Только недавно половине жителей поселка дали электричество, а до этого они больше 4-х месяцев (с декабря по апрель) были без света из-за порыва кабеля. Причем, он, кабель, рвется с завидным постоянством, поквартально, и каждый раз пострадавшие с невероятным терпением ожидают согласования вопроса по отправке в поселок специалистов по ремонту кабеля, а эти специалисты очень дорого стоят и ожидания затягиваются на несколько месяцев. После очередного ремонта все задают вопрос: "А надолго ли?". А не дешевле сделать новую ЛЭП, чем восстанавливать изношенную старую? Тем более, что провод и столбы завезли уже два года назад.

Центральная и единственная дорога в поселке выглядит так, будто по ней прошел огромный крот-мутант. Картина - как в триллерах Хичхока, не для слабонервных. Дорога вся в уха-бах и рытвинах, изрыта траншеями. С ямами и водоемами, пригодными для разведения пресных рыб и водоплавающей птицы, а по обочинам - развалины и руины. Все это чередуется с помойками, стаями голодных некормленых ворон. Свищет ветер и разносит содержимое помоек по всему поселку.

Картину дополняют дети, которые копаются на свалках в поисках металла или чего-то другого, на их взгляд интересного. Врожденное любопытство и тяга ко всему новому и неизвестному побуждает детей систематически посещать эти свалки.

От пыли в поселке не спрятаться, не скрыться. Поэтому все костюмы - в одной тональности: серо-черной. А если кто и захочет повыпендриваться и наденет светлый костюм, то пока он пройдет с одного конца поселка в другой, одежда станет как и у всех - серой.

К этому мы привыкли, а вот приезжих жаль. Как только их нога ступает на нашу землю, звучит сакраментальный вопрос: "Куда мы попали?!". Второй шок эти люди получают, когда заходят в наши магазины и видят цены. Это сейчас, после завоза продуктов по зимнику добрыми людьми, у нас цены сильно упали: мука стала стоить 22 руб. за 1 кг, сахар - 32, гречка - 50, растительное масло - 60 руб. за литр. Даже ножки Буша подешевели и стали стоить 100 руб. за кг.

А еще наших гостей и командированных расстраивает то, что они чая не могут вдоволь напиться из-за постоянного отсутствия в поселке воды. Да, вода у нас и в самом деле стала предметом вожделенной мечты. А все потому, что ее постоянно отключают. Причем, вода отключается по загадочному графику, который не поддается никакой систематизации: иногда - утром, иногда - вечером или днем, а часто - на несколько дней. Все зависит от настроения рабочих, момента выдачи зарплаты, ну и, конечно, состояния изношенной техники, долголетие которой побило все рекорды.

К разряду долгожителей относятся так же и дизели на электростанции, возрасту которых могли бы позавидовать аксакалы Кавказа и питающиеся нашими крабами (и потому ставшие долгожителями) японцы. Вот в той же Японии, например, или в США, Германии, Конго, Зан-ибаре такие двигатели давно снесли бы на свалку, а наши умельцы клеят, латают, точат, сваривают, одним словом - реанимируют этих старцев с достойным уважения усердием.

НАРОД НАШ НЕ УНЫВАЕТ. Нет света - научились жить с лучиной, на свечи никаких денег не хватит. Нет воды - стали "добывать" артельным способом. У кого есть снегоход, едет на речку и черпает ее, родимую, для себя и соседей.

Есть у нас в поселке две некогда благоустроенные двухэтажки, которые скоро будут отмечать десятилетие без отопления и воды. Когда такая беда случилась, все были в ужасе и ис-кренне сочувствовали их жителям. Сейчас в поселке без отопления и воды - все "благоустроенные" двухэтажки. Приятным исключением в общей картине бедствия выглядят три двухэтаж-ных дома, которые находятся рядом с электростанцией. В них отключаются свет, вода и ото-пление только при полной остановке электростанции. В остальное время они, как светочи прекрасного капиталистического будущего, освещают утонувший во мраке поселок. Все, кто живет в этих домах, чувствуют себя патрициями, ну, а те кто, не патриции, тренируются в беге с ведрами на 2-й этаж и обратно.

Справедливости ради надо заметить, что "патрициям" тоже не дают особенно "зажраться", так как дизель останавливают очень часто - то на полдня, то на день, а то и на несколько дней. Да и при работе электростанции температура в их квартирах не поднимается выше плюс 14 градусов, и всем, у кого маленькие дети, тоже приходится топить печки.

Особенно обидно становится, когда с трудом добытая вода за ночь превращается во фляге в глыбу льда. И здесь нам помогают советы жизнерадостного американца Дейла Карнеги: "Если у вас много лимонов и вы не знаете, что с ними делать, - превратите их в лимонад". Мы так и делаем. У нас много льда - мы превращаем его, водружая флягу на печку, в талую воду. А всем известно, что нет ничего полезней талой воды - в ней источник жизни.

Вспомнили в нашем поселке о давно забытых печках-буржуйках, символе блокадного Ленинграда и Гражданской войны. Все хорошо в этих печках, но тепло они дают только на кухне, их надо топить постоянно, а сидеть - рядом, чтобы согреться. Вот и собираются стар и млад вместе. Трудности сближают поколения, и проблема отцов и детей, которой болели еще в тургеневские времена и маются до сих пор, у нас отпала сама собой. Надо выживать...

МОЛОДЫЕ ИДУТ НА ЗАДАНИЕ по добыче топлива. Уголь зимой не возят уже третий год, потому что он почему-то превращается от морозов в монолит, да, к тому же, от всего этого ломается погрузчик, а без погрузчика уголь никак не добудешь. Мы говорим слово "уголь" по привычке, потому что пять лет назад нам завезли не уголь, а пыль, собранную на Сахалине. Пыль собрали, покрасили в черный цвет и отправили к нам в Крутогоровский. Потренируйте, мол, мозги и отгадайте, что это? Мы до сих пор тренируемся. Название для этой пыли так и не придумали, но зато научились смешивать ее с вновь привезенным углем. Потом каждый думает: что там высыпали возле твоего забора - неликвидную сахалинскую пыль или традиционный уголь? Все зависит от того, как ляжет ковш бульдозера, который смешивает на общей куче эту пыль с новым углем, ну и, конечно, от твоей удачи.

Топить печку таким "коктейлем" могут только самые терпеливые и изобретательные. для того, чтобы горело, надо положить в топку как можно больше дров, а уж сверху - совочек "этого". Вот тогда можно и чайку попить.

Быстро стараемся попить и поесть впрок, пока горит печь, потому что второго совочка она уже не выносит - гаснет. Каждая новая растопка съедает прорву дров, а их нам не возят, нет ни лесхоза, ни заготовительной конторы, нет рядом и леса, только тундра с топями и болотами с одной стороны, да море с другой стороны. Так что дрова нужно самим "копытить". Вот и приходится крутогоровским бедолагам ломать все, на что глаз упадет.

Сломали для начала ферму. В ней был новый клуб, рядом - благоустроенные коттеджи и 2-этажный дом со всеми коммуникациями, постройки жилых домов, скотный двор с коровни-ком и птичником, сараи, склады, амбары и т. д. Когда разгромили ферму, перешли на поселок. Начали почему-то с клуба, потом разнесли детские ясли, потом и детский сад, магазины рыбко-оповские, склады, молоканку, где сепарировали молоко и делали сливки, сметану, творог. Но особый азарт был, когда громили двухэтажные малосемейки, в которых (в каждой секции) бы-ли ванна, туалет, в каждом отсеке - кухня с электроплитами. Здесь было и КБО с большой швейной мастерской, парикмахерской, сапожной мастерской. Получить секцию в этих обще-житиях мечтали многие, жившие в бараках и лачугах. Даже не верится, что это было.

УЖЕ ДАВНО В ПОСЕЛКЕ нет пекарни. Хлеб научились печь сами, мука у нас хоть и подешевела, но все равно, наверное, самая дорогая во всем бывшем Советском Союзе. Потому хлеб у нас воспринимается как деликатес, уж очень он дорогой получается. До зимника буханка хлеба хозяйке обходилась в 42 рубля, включая муку, все компоненты и расходы на электро-энергию, когда есть свет.

Нас наверняка считают придурками и лохами и "кидают" все, кому не лень. Да, мы такие, какие есть. Из-за перепадов напряжения у всех сгорают телевизоры и холодильники. Но, при-давленные бытом, не привыкшие и не умеющие конфликтовать, никто из потерпевших не подал в суд, чтобы защитить свои права. Только все просим организовать приезд телемастера из райцентра, но это, наверное, хлопотное дело.

Прилетали к нам на одну ночь (пока ночует вертолет) только гинеколог и фотограф. 150 рублей за фотографию на паспорт - это много или мало? Наверное, мало, потому что в свой второй ночной прилет фотограф уже брал с нас по 180. С такой эволюцией мы скоро без штанов останемся, но зато все - сфотографированные (благо во весь рост не требуется). Ждем теперь, когда паспорта выдадут.

Мы все терпим и молчим, позволяя над собой издеваться, позволяя попирать наше человеческое достоинство. В поселке уже 8 лет нет бани. Была прекрасная баня: с парилкой, душе-выми кабинками, с ванными, если кто желает мыться в одиночку. Разбомбили и ее. Кто смог, свою баню сколотил, кто не смог - научились мыться в тазике. Это не так просто, как кажется с первого взгляда. Поэтому-то в поселке периодически появляются чесотка и педикулез.

Когда мы видим старые советские довоенные и послевоенные фильмы, где показывают забытые далекие деревни с радио и лампочкой Ильича, невольно хочется перенестись в те вре-мена, чтобы так же, как и они, вкусить блага цивилизации. Мы уже не помним, что такое радио. А как хочется послушать гимн России утром и вечером. Наверняка, тогда бы мы почувствовали себя не изгоями в Крутогоровской резервации, а гражданами великой державы, подданные которой когда-то искренне верили в то, что мы обязательно перегоним Америку.

В Крутогоровском в этом плане мы уже достигли определенных результатов.

В Америке можно из трех разных мест одновременно разговаривать по телефону. Тоже самое можно делать и у нас, в Крутогоровском. Необязательно слушать радио и телевизор, дос-таточно снять трубку, и ты обязательно вклинишься в чей-то диалог, можешь даже пообщаться с разговаривающими, хотя не всем это нравится. Стоит только слово сказать или просто попри-ветствовать их, как сразу, не дослушав, тебя просят повесить трубку. И правда - забитый народ, не знает, что в Америке уже давно так разговаривают. Плохо одно: если тебе надо куда-то срочно позвонить, то не дозвонишься ни за что на свете. А ведь на телефоны вся наша надежда. Это, пожалуй, единственный способ общения с внешним миром, с теми, кто живет за пределами Крутогоровского.

Почту к нам доставляют один раз в полтора месяца. Раньше самолеты летали к нам через день, потом стали летать реже и реже. Сейчас они и вовсе не летают, так как аэропорт также разгромили и разграбили, а мост, по которому переправлялись желающие попасть в аэропорт и улететь, развалился. Нет уже, конечно, и взлетной полосы. Сейчас летают вертолеты, это муниципальный транспорт, и если предварительно не запишешься в районе, то спокойно можешь остаться в Кругогоровском: тебя просто не возьмут на борт, если твоей фамилия нет в списке улетающих. Вертолет все ждут и очень радуются, когда он прилетает не через полтора месяца, а через месяц.

ОДНИМ ИЗ КИТОВ, на котором держится наука выживания - это борьба с малоподвижным образом жизни. Если раньше после тяжелой изнурительной зимы, из-за ее протяженности и повышенной влажности, помноженной на тридцатиградусный и ниже мороз с ветром, крутогоровцы везли своих детей на материк и сами вместе с детьми валялись на пляжах, то сейчас эти люди стали безработными, а их дети - стали детьми безработных, родители которых полу-чают 600 рублей своих "безработных" денег. А посему никто уже не рыпается, и все сидят до-ма. Вернее, не дома, а на приусадебном участке и "оздоравливаются" там с раннего утра и до позднего вечера. Сажают все, что хоть как-то всходит в нашей скудной земле, на которой даже деревья не растут. Всем им не хватает солнца и тепла. Поэтому часто тяжкий труд пропадает даром, и вырастают жалкие "пацерки", как говорят про такое наши братья-украинцы.

Очень серьезным подспорьем для укрепления здоровья всего безработного населения является рыбалка. За зиму съедаются все упитанные собаки, поэтому все ждут теплых дней, когда всё население, включая школьников, обживает берег Охотского моря. Девчонки не отстают от мальчишек, в болотниках бегают по берегу. Домой возвращаются с уловом, а, значит, дома бу-дет праздник, на столе, кроме картошки, появится рыба. Летом пойдут грибы и ягоды, которые можно выменять на продукты. Многие из детей школьного возраста, доучившись до 4-го клас-са, научившись читать по слогам и считать до десяти, бросают школу. Они тоже учатся выжи-вать по полной программе и знают: не побегаешь днем - не поешь вечерам. Тут уж не до учебы, да и одеть нечего, так как родители - безработные.

НАШЕ ОСНОВНОЕ ГОЛОВНОЕ предприятие, за счет которого все время существовал поселок, - рыбоконсервный завод, который второй год стоит без работы, потому что область не дает лимиты на вылов рыбы и краба. И мы можем только с берега наблюдать, как огромное число сейнеров со всех концов приходят к нашим берегам и выгребают все, что попадет к ним в тралы.

Неужели никому не нужен завод? Он может давать прибыль государству, и не малую, как это было раньше. Сколько существует Камчатка, она кормила всеми видами морепродуктов страну и зарубежье. Рыба - наш хлеб. Пока окончательно не разгромили и не разграбили завод, пока еще есть люди, которые знают производство и могут давать пользу государству своими знаниями, опытом, энтузиазмом, пока еще есть возможность восстановить былую мощь предприятия, СДЕЛАЙТЕ ЭТО! Пусть это будет Государство, пусть - предприниматель. Нам, в принципе, разницы нет, на кого работать, лишь бы существовал поселок, работал завод и люди на нем, лишь бы деньги платили, чтобы можно было жить достойно.

У нас назревает катастрофа. Страшная лавина подростковой преступности уже вошла в поселок. Это голод толкает подростков на преступления. Воровства в поселке отродясь не видели и, уходя из дома, дверь никто не запирал. А сейчас даже запоры не помогают. В каждом магазине по сторожу, но и это не спасает от набегов голодных и озлобленных подростков, которые главным своим занятием считают оперативную работу по сбору информации: где, что плохо лежит, а так же разработке стратегии и тактики: как плохо лежащее, а иногда и хорошо уложенное, прибрать к рукам.

Пьянство малолеток уже никого не шокирует, так как стало это обычным явлением. Раньше с тунеядцами боролись, сейчас это называется безработицей, нормой жизни и прекрасной почвой для взращивания люмпенов, которым совершенно нечего терять. А дойдя до крайней точки, они пойдут добывать свой хлеб сами: рэкетом, разбоем и проституцией.

Есть у нас в поселке музыкальная школа, некий затерявшийся реликт из времен счастливого пионерского детства. Ее берегут и лелеют, но она - платная. И многим даже самая щадящая плата не по карману. Эта школа - еще один пример выживания в нашем поселке. Когда из-за порыва кабеля пришлось уйти из благоустроенного помещения, оставшись без света и тепла (не говоря уж о воде и канализации), нужно было искать выход. И нашли: страшную и грязную развалюху, но - с печкой! Где наша не пропадала?! Желание учиться, природная сметка и умение трудиться, помогли детям и на этот раз. За три дня, совместно с педагогами, родителями, они вычистили эти "авгиевы конюшни", подремонтировали, перенесли инструменты, мебель и заселились.

Правду говорят, что нет ничего более постоянного, чем временное: заселились на две недели, а застряли до конца учебного года.

А СЕЙЧАС ВЕСЬ ПОСЕЛОК находится в виртуальной реальности. Еще осенью 2000 года СМИ сообщили о том, что в Крутогоровском есть газ, тепло, свет и все жители счастливы и довольны.

Газ и в самом деле есть, можно даже увидеть трубу, по которой он идет. Но от того, что потрогаешь трубу, теплее не станет. Через год после сообщения о газификации поселка была подключена к газу одна единственная котельная, которая отапливает школу. Все правильно, ребятишки должны отогреваться за все прошлые годы, когда приходилось сидеть в классах, надев шубы, и когда единственной радостью было то, что каникул получалось в три раза боль-ше, чем полагалось: каждый раз, как температура в классе опускалась ниже плюс 4 градусов, детей отпускали на каникулы.

Вот уже полтора года нам обещают запустить газовый дизель, даже назначалась точная дата: декабрь 2000 года. Но почему-то не запустили ни в декабре 2000-го, ни в декабре 2001 года, и, по сложившейся традиции, мы уже и 2002-й год встретили в полной темноте. Так что если верить приметам, мы и весь 2002 год проведем в потемках, ведь как встретишь год - так его и проживешь. На сей час все в точности сбывается.

Есть еще один тревожный момент в нашей ситуации. Нас пугают тем, что если закончится нынешний завоз солярки, то новой мы уже не получим, так как у нас "есть" газ. Но самое страшное для всех оставшихся в живых - даже не полное отключение (это, конечно, плохо, но в этом есть определенная стабильность и определенность). Самое ужасное - это отключение по так называемому графику, когда идет экономия топлива. Другими словами, это - отключение у определенных слоев населения, которым не удалось перебраться в некогда благоустроенные двух-этажки и которые продолжают жить в полусгнивших домишках с печным отоплением.

Когда заходишь в дом к этим несчастным, сразу же срабатывает в подкорке генная память, ослепляя своей вспышкой. Первое, что чувствуешь, так это запах: пахнет копотью, гарью и чем-то едким, проникающим в самую глубь сознания. А когда посмотришь на стены, черные от копоти и сажи, ощущаешь себя равноправным членом первобытного племени. Наши предки, разводя огонь в пещере, вдыхали такие же запахи, и стены пещеры имели такой же цвет, так как не было мела, чтобы их побелить. У нас в поселке мел тоже днем с огнем не сыщешь. Даже все заначки закончились, которые хозяйки берегли, чтоб хатку побелить внутри и снаружи, как положено к большим праздникам: Рождеству и Пасхе (да и печку, бывало, подбеливали каждую неделю во время генеральной уборки). Сейчас даже мечты о побелке можно считать роскошью. Печки, которые принято считать "лицом хозяйки", превратились в развалины от непомерной эксплуатации, а цемента, чтоб их подлепить, тоже в поселке давно нет.

В общий вид пещерного жилища органично вписываются его обитатели, в основном люди пенсионного возраста: пропитанные насквозь угольной пылью, как шахтеры, мужчины и женщины, совершенно затурканные борьбой за выживание, за чистоту жилища, занятые бесполезными сражениями с копотью и грязью, обуреваемые назойливой проблемой - чем накормить домочадцев, чтобы лишний раз не трогать печку.

Несмотря на просьбы этих, чего греха таить, забитых людей, не делать отключений элек-тричества только у них, а как-то поделить оставшуюся солярку и общую беду на всех понемногу, их голос остается гласом вопиющего в пустыне. Пустыня эта имеет вполне определенное название: жестокость, равнодушие и непробиваемая черствость.

Отключают и включают свет в любое удобное для "отключателей" время, мотивируя это тем, что на электростанции перегрузка и дизель не тянет. Может, и не тянет, но ведь даже крысы не выдерживают, когда в клетке постоянно включают и выключают свет: не выдерживает нервная система даже у этих, на удивление живучих существ.

За последний год смертность в нашем поселке катастрофически увеличилась. Самое слабое звено - это люди, перешагнувшие пятидесятилетний рубеж: крах надежд, неверие в зав-трашний день, униженность и безденежье, постоянное чувство тревоги, житейские неурядицы, страх за будущее своих детей приводят к ранним смертям. Во время отсутствия электроэнергии в старой части поселка умирали люди один за одним: шесть человек с декабря по апрель.

Отчаявшись, многие находят утешение в пьянках, надеясь забыться хоть на время. И фантасмагорическая действительность, подогретая алкоголем, окончательно ломает людей, превращая их в больных и немощных, на которых нельзя смотреть без боли, тем более, что еще недавно это были нормальные и здоровые люди.

Все мы когда-то в учебниках читали о социальных корнях алкоголизма в среде угнетенных и порабощенных, но одно дело читать, другое - видеть это наяву. Страшно. По теории Дарвина - выживает сильнейший, но ведь это говорил Дарвин о звериной стае. Что же мы сейчас постоянно слышим эту фразу? Даже игры придумали ("Последний герой", "Слабое звено", "Народ против", "Русская рулетка"), где людей учат не церемониться со слабыми, давить их, ставить свой интеллект на службу цели, для достижения которой хороши все средства. Это тоже страшно, потому что нас таким образом зомбируют, превращают в терминаторов, для которых нет ничего святого.

КТО БУДЕТ ПОСЛЕДНИМ ГЕРОЕМ у нас в поселке? Желающих нет. Не хотят люди становиться подопытными животными, живучесть которых проверяется жестокими экспериментами. Да и купаются наши экстрималы не в теплом море, а в холодном Oxoтском, когда начинаются наводнения, которые в последнее время стали постоянными.

Раньше, когда еще был здесь завод с большим флотом, для удобства прохождения судов каждый раз заново углубляли устье реки, чтобы оно было прямым и вода реки свободно вливалась в море. Сейчас устье реки постоянно меняет свой курс, при малейшем ветре замывается, и тогда река разливается по поселку, в котором расстояние от моря до тундры в самом широком месте 180 метров. Заливает дома все тех же пенсионеров, что живут в развалюхах с печным отоплением. К слову сказать, они ни разу не получили компенсацию за ущерб от наводнения - за пропавшую картошку и другие заготовки и продукты, а также за ремонт хозяйственных построек и домов, пропитанных влагой настолько, что и летом не проходит сырость, а пятна от нее на постельном белье остаются даже после кипячения.

Программа по предоставлению пенсионерам квартир с удобствами на материке выполняется вяло. Люди покорно ждут. Одни, не дождавшись и собрав последние гроши, уехали, другие и вовсе ушли в мир иной. Мы не знаем, чем руководствуются в области при распределении квартир по районам, но очень хотелось бы, чтобы учитывали географическое положение населенных пунктов и условия жизни людей, в них проживающих. Конечно, Соболево, Елизово и даже Петропавловск-Камчатский - не Рио-де-Жанейро. Но по сравнению с Кругогоровским - это земля и небо. Все, кто могут, удирают из поселка. В первую очередь, это учителя и врачи - им особенно трудно. А оставшимся бежать некуда и не на что: билет только до Петропавловска стоит 3000 рублей.

УЖЕ ДВА ГОДА, как уехал последний врач из нашей больницы, и теперь заезжие врачи работают по контракту, кто месяц, кто - дольше. Потом уезжают, а мы, как говорит Задорнов, "ждем новых засланцев".

Скоро такая ситуация будет и с учителями в общеобразовательной школе. Спасибо, что зарплату увеличили и вовремя стали выплачивать, но при наших кругогоровских ценах ее хватает впритык до следующей, и то только на еду. А как же все остальные жители? Ничего не по-лучают! Вот и предъявляй после этого претензии к рабочим МОП ЖКХ, которые годами зарплату свою не видят, а на одном энтузиазме, как известно, далеко не поедешь. Это только Павка Корчагин с ног валился и строил узкоколейку. У нас многие стали пофигистами. Перефразируя Фаину Раневскую, можно было бы сказать: "Если бы наш пофигизм был энергией, то смог питать бы огромную электростанцию".

Ученые утверждают: при нехватке света в организме человека происходят негативные процессы, вызывающие у одних депрессию, у других - агрессию. Может, поэтому в поселке уже несколько раз назревала революционная ситуация, когда низы уже никак не могли жить постарому.

При каждой такой предреволюционной ситуации ожидали приезда барина: он, мол, рас-судит. Прилетали барины на спецвертолетах, вроде бы с добрыми намерениями. Посидят вертолеты минут двадцать и улетают в стольный Петропавловск-град. И как здесь не вспомнить создателя "Божественной комедии", сказавшего в назидание потомкам: "Благими намерениями вымощена дорога в ад". А из всех филиалов ада на земле, Крутогоровский, несомненно, самый мрачный. Нам вроде бы и в самом деле хотят помочь, но человек велик в намерениях, но не в их выполнении - это уже Наполеон говорил. А мы так устали от обещаний, устали от затянув-шегося эксперимента по выживанию в отдельно взятом нашем поселке. Мы с ужасом смотрим, как все разрушается вокруг нас, как укладываются камни на дорогу, ведущую в никуда.

МЫ КРИЧИМ: "SOS"! Мы обращаемся к губернатору области М.Б.Машковцеву: "Михаил Борисович, мы вас избирали с большой надеждой на улучшение положения области, пере-живали за вас. Радовались вашей победе на выборах и до сих пор верим, что данные избирателям обещания вы обязательно выполните. Мы надеемся, что вы нас услышите".

Мы обращаемся к председателю Совета народных депутатов Камчатской области Н.Я. Токманцеву с надеждой на то, что девиз "Возродим родную Камчатку" начнет претворяться в жизнь здесь и сейчас.

Мы хотим, чтобы нас услышал генеральный директор "Ком-мунэнерго" Е.И.Чистов: "Евгений Иванович, вы знаете наши проблемы, помогите, пожалуйста, их решить".

Мы обращаемся ко всем, кто может нам помочь. Откликнитесь на призыв о помощи на-шему району и поселку! Давайте вспомним золотое правило христианства: "Во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними" и одну из главных заповедей: "Возлюби ближнего твоего, как самого себя". Перед Всевышним мы все равны. Он судит о нас только по добрым делам, которые мы делаем людям, и, конечно, хотелось, чтобы все мы торопились их делать.

У нас в поселке живут хорошие и терпеливые люди, проверенные трудностями, жажду-щие человеческого участия со стороны сильных мира сего, умеющие откликаться на добро, способные созидать и работать. Но мы не хотим быть пассажирами зала ожидания, где нам по-стоянно говорят: "Потерпите еще немного и все будет хорошо", устали. Мы долго о себе не заявляли и все терпели, но любому терпению приходит конец."
Уважаемы Крутогоровцы! С болью и ужасом прочла рассказ о вашей, так называемой, жизни от 2002года.Пожалуйста, напишите сегодня, в 2010году, что-то изменилось к лучшему? Как вам там живется, закончился ваш повседневный подвиг выживания и терпения равнодушия властьпридержащих? Я родилась в нем и тогда он был шириной чуть более 100 метров между морем и рекой ( тундрой), земля - морская галька, картошку, редиску,репу выращивали возле домов и на острове за рекой Бутнере. Было серо, но тепло. Не было пресловутых благоустроек: тепло- стационарные печки, вода-колодцы. В конце 50-х построили новый садик и больницу возле клуба, новую школу для начальных классов на первой базе, КБо и книжный магазин напротив рыбкооповских скадов. Было много детей, у всех родителей была трудная работа на   лове и обработке рыбы, но были радости общепоселковые, был смысл в той жизни, были праздники. Преклоняюсь перед жителями поселка, кто его не оставил в такое время- только людьми держится наша Россия, только благодаря таким людям живут поселки. Жду ответа. А Женя Названов еще в поселке? Моя первая учительница была его мама Названова Алевтина Сергеевна. Напишите, пожалуйста!
Евгений Анатольевич Названов -- глава администрации Соболевского муниципального района.
Дайте точный адрес сайта - продублируем в "одноклассниках"!
Из дневника журналистки Ольги Павловой, которая в 2000 году сопровождала губернатора В.А.Бирюкова в поездке по поселкам Западного побережья.
Внешне Крутогрово производит еще более жуткое впечатление, чем Ичинский. Поселок в "хорошие времена" был крупнее, индустриальнее, соответствно сейчас-еще большее кличество руин, грандиознее горы ржавого металла м кучи мусора. Развалины бывших поселков и рыбокомбинатов-такая же составляющая черта пейзажа западного побережья, как тундра и прибойная полоса. Все три дня наших полетов-поездок,-но особенно, в Крутогорово, да еще на Октябрьской косе,-неотвязно стучала в голове одна и таже "оригинальная " мысль:"Так жить нельзя. Люди так не должны жить. Здесь нельзя растить детей". И в мечтах возникало видение некоего мощного бульдозера и огрмной ямы, куда это все смести, засыпать землей, дать вырасти травке-и начать обживать берег по-новому."Да сюда бы какую-то зондеркоманду-" губернатор оказывается думал примерно о том же.
Но люди, около 800 человек, живут. Больше того, в последние два года в поселке что-то начало шевелиться, возникать, возрождаться, К зиме сюда будет подан газ, два года назад заработал рыбо-, точнее, крабоперерабатывающий завод
Самый главный человек в Крутогорово сегодня-Николай Мийлович Кужим, генеральный директор рыбозавода. Уже потому, что дал работу двум сотням человек.Хотя, если уж откровенно, то это областная администрация настояла, выделяя квоты, чтобы краба обрабатывали на берегу. Для "Камчатимпэкса", чьим структурным подразделением является РКЗ, это страшно невыгодно. Разделать и заморозить краба прямо в море было бы гораздо прибыльнее. Но зато теперь "весь поселок с ножницами стоит". И что-то зарабатывает. Любопытно, что после нескольких лет разрухи и безделья люди далеко не сразу ринулись на завод. Приходилось по 70-80 человек привозить на путину из горда. Первыми пришли дети, школьники. И только когда они стали приносить в дом деньги, взрослым стало стыдно, тоже потянулись. В эту путину приезжих здесь единицы, только по особому блату.
Впрочем, петь осанну директору Кужиму я не собираюсь. Для поселка он, в самом деле, сейчас незаменим, и дело делает большое. Но некоторые моменты насторажили и разочаровали.. И ладно бы только меня. Губернатор тоже вставил ему несколько "чопов". Особенно за присказку: "Это нея, это Малашенко", "Малашенко не дает"... Да информация его, мягко говоря, расходилась с тем, что рассказывали люди. Так, например, директор РКЗ с гордостью заявил, что вся зарплата за прошлую путину была выплачена еще до Нового года, а сейчас мол, большинство, "как французы"(?), живут в долг-еще не заработали, но беруто продуктами. На наши настойчивые расспросы назвал, наконец,и цифру: обработчицы, по его словам, заработали, в среднем, по 35 тыс рублей. Не так чтобы и много, надо сказать, учитывая 12-часовой нелегкий труд и то, что эти деньги-на весь год.
Женщины, собравшиеся в цехе вокруг губернатора, услышав про такуюарплату, невесело рассмеялись. А одна из них рассказала, что на заводе они работают вместе с мужем: он на варке краба, она на обработке. Начислили обоим в прошлом году по 17 тысяч. Муж на руки не получил ничего-все вычли за продукты, а ей дали наличными 3 тысячи. Естественно, сейчасони опять берут продукты под запись на заводском складе. Берут просроченную тушенку "Великая стена", сахар, воняющий соляром, муку по 30 рублей, хлеб по 24, растительное масло по 85 руб за бутылку... Получать опять будет нечего.
На реплику директора:"Люди всегда недовольны",- губернатор отреагировал довольно резко:
-Если мы привыкнем к недовольным, нам здесь делать нечего. Вместо, чтобы платить деньги, обложил всех оброком. Не начнешь платить наличными-сам позову людей на забастовку. Устроили монопольку!
Действительно, откуда взяться в поселке нормальным магазинам, с нормальными ценами, если у людей нет на руках наличных денег? С таким монополистом никто конкуренции выдержать не может, и из всей торговли в Крутогорово-лишь пара лавочек, где одни "Сникерсы".

Ольга Павлова. Вести+ТВ август 2000 г
поселок Крутогровский (вид с вертолета). Информация В.И. Самборко


Attached files
Спасибо! Наконец что то увидели родное! Не могу понять в каком районе дома? то ли вторая база, то ли Заводская? На Сахалинскую не похоже.
История сельского Совета.
Крутогоровский сельский Совет № 1 и Крутогоровский сельский Совет № 2 были образованы в 1926 году. На территории Крутогоровского сельского Совета № 1 находилось село Крутогорово, которое располагалось в 25 км от берега Охотского моря на реке Крутогорова, по названию которой и было названо село. Крутогоровский сельсовет № 1 руководил деятельностью подведомственных ему учреждений и организаций, находящихся в с. Крутогорово, а также осуществлял контроль за деятельностью колхоза "Ударник", располагавшегося в с.Крутогорово. Кроме колхоза "Ударник" на территории Совета находились восьмилетняя школа на 81 учащегося, магазин, пекарня, фельдшерско-акушерский пункт, детский сад-ясли на 20 мест, клуб, отделение связи, библиотека, баня. Всего жителей было 320, число дворов-72.
В состав территории Крутогоровского сельского Совета № 2 входили населенные пункты:
-п. Крутогоровский, расположенный на берегу Охотского моря, около устья реки Крутогорова в 120 км от с. Соболево
-с.Родниковое, расположенное в 5 км от центра и в 115 км от с.Соболево.
п. Малореченский, расположенный на берегу Охотского моря, около устья реки Малая, в одном км от п. Крутогорово.
Крутогоровский сельский Совет № 2 руководил хозяйственным и социально-культурным строительством, обеспечивал соблюдение законов, охрану общественного порядка в пределах своей территории. В п. Крутогоровском находилась центральная база комбината, управление рыбокомбината, рыбозавод № 1, холодильник № 6, больница на 35 мест, одиннадцатилетняя школа на 306 мест, школьный интернат на 9 мест, правление Крутогоровского рыбкоопа, 6 магазинов, пекарня, столовая, пошивочная мастерская, ларек, парикмахерская, фотография, аптека, детсад-ясли, отделение связи, библиотека. Число жителей в 1960 году составляло 1050 человек.
В с. Родниковом находилось подсобное хозяйство Крутогоровского рыбокомбината, начальная школа на 15 учащихся, магазин, фельшерско-акушеский пункт, ясли на 15 мест, клуб, аптека. Число жителей-167 человек.
В п. Малореченский находился рыбоконсервный завод № 34, холодильник № 7 Крутогоровского рыбокомбината, ларек Крутогоровского рыбкоопа, фельдшерско-акушерский пункт, ясли на 40 мест.
С конца 50-х годов, начала 60-х началась реорганизация мелких колхозов и закрытие Советов, которым они подчинялись. Так был упразднен Колпаковский сельсовет. С 1961 года все предприятия, учреждения, располагавшиеся на его территории, стали подчиняться Крутогоровскому Сельсовету № 2. В Колпаково продолжал функционировать завод, в то время уже Крутогоровского рыбокомбината (до 1955 года Колпаковского), холодильник № 8, восьмилетняя школа на 45 мест, два магазина, пекарня, баня, больница, ясли на 25 мест, отделение связи, клуб.
В связи с закрытием в 60-х годах многих рыбозоводов (баз), рыбокомбината, а также колхозов, возникла необходимость объединить два сельских Совета в один. В 1968 году происходит объединение двух сельских Советов в один с административным центром в п. Крутогоровском.
С принятием Конституции СССР от 7 октября 1977 года, в Закон о сельском, поселковом Совете 1968 года были внесены значительные изменения, дополнения. Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 3 августа 1979 года Закон был утвержден в новой редакции "Закон РСФСР о поселковом, сельском Совете народных депутатов" и действовал до 1993 года. В связи с реформами в стране, в соответствии с Указом Президента РФ № 1617 от 09.10.93 "О реформе представительных органов власти и органов местного самоуправления в Российской Федерации", Указом президента РФ № 1760 от 26.10.93 г. "О реформе местного самоуправления в РФ" , постановлением главы администрации Камчатской области № 237 от 29.10 93 г. деятельность Советов прекращается. Полномочия Крутогоровского сельского Совета возлагаюся на администрацию п.Крутогоровского, которая была образована постановлением главы Соболевского района 4 февраля 1992 года.

В.Кулешова, зав. госархивом
Газета Рассвет , март 1996 года
мой отец Бурлаков Геннадий Афанасьевич рассказывал почему на консервах которые шли на экспорт было написано Chatka вместо Kamchatka!!! то ли в документах была опечатка или просто буквы стерлись когда первый раз документы были направлены в город.....и в итоге отлично помню консервы с надписью Chatka.... еще помню кита выбросило в реку, когда поехали в тальники натолкнулись на него....прикольно сидел на хвосте!!! жалко фотика не было с собой.... кстати потом вообще их не стало слышно и видно.... И конечно помню в начале лета мойву.......которая везде в море ... у берега.....на земле......ходишь и гребешь ведрами....но и это тоже закончилось.....
Посмотрел вчера на yotube.com видео "Кошмарный сон водителя. Грузовики на юг Камчатки"! Видео о том,как колонна с грузом прорывалась по побережью до Крутогоровского в апреле 2000 года! Это в начале 21 века! Кошмар такой в страшном сне не приснится! Снимаю шляпу перед водителями! Как и первый прокомментировавший зто видео - парень из Канады.
Хочется узнать - как судьба парня из Соболево - у которого погибла мама (везли продукты в Соболево) - показывали по НТВ? и как сейчас обеспечивают продовольствием п. Крутогоровский?
Наконец сообразил - какой район на фото: ул. Сахалинская. В ближней 2х этажке первый подъезд слева 2 окна на втором этаже жили Шашурины; под ними на 1 этаже жили Борисовы; на одной площадке с Шашуриными жили: в 1 комнатной квартире Гузенко (затем Дерябины); в 2 комнатной Пянниковы (которые затем переехали в соседней 2х этажный дом - слева от этого - в квартиру Чистяковых). Так же в этом доме жили: Нестеренко, Поляковы, Леденёвы.
От этого дома слева так же 2х этажка и в ней жили: Афер, Чистяковы, Понетайкины, Ковалёвы, Бурлаковы, Казаковы (Зазулина Оксана). Влево от этого дома - котельная, далее спортплощадка и школа.
Через дорогу от ближней 2х этажки - одноэтажный дом - помню там жили Аринушкины, окна их квартиры выходили на тундру. В дальней 2х этажке (на фото) жили Сидоровичевы, Шумихины.
Справа от ближнего дома - магазин. Далее от магазина - 2х этажный дом, в нём жили: Кайзер, Мухаметхановы, Деревянченко, Кореневы, Вейбер. В следующем от них 2х этажном доме было общежитие.
Не забывайте Родину, Господа!
Из 600 просмотревших нашу тему вспомните - кто ещё жил в этих домах! Господа - будьте активнее, мы с Вами делаем историю нашей Родины.
Предлагаю выложить фото юбилейных выпусков нашей школы (70, 75, 80, 85, 90, 95, 2000, 05 и 10 года) и кто что закончил, а так же и другие выпуски.
Не молчим, а смотрим, вспоминаем и комментируем!
В комнате Анны Сергеевны чисто и свежо. Всё лежит на своём месте, а даже если и нет, то заметить это невозможно. На столе и на подоконнике в комнате пенсионерки стоят живые цветы, за которыми хозяйка тщательно ухаживает. Мебель старая, слегка потёртая, но вся в прекрасном состоянии. Сразу видно, что пенсионерка много времени уделяет домашнему уюту. В глаза бросаются иконы и церковные свечи, которые стоят, как и полагается, в красном углу. На стенах и в серванте – фотографии родных. Это и черно-белые фотографии, которым, видимо, уже не один десяток лет, это и цветные, современные. «Вот моя внучатая правнучка, – говорит Анна Сергеевна, указывая на фотографию с младенцем. – Я иногда беру эту фотокарточку, хожу с ней по дому и разговариваю с Оленькой. Ты ж моя маленькая, ты ж моя радость».

На момент нашего визита в квартире Анны Сергеевны приятно пахло сдобным тестом. «Вот сейчас с вами поговорю и пойду печь пирожки», – поясняет она. –  Ну что ж, а пока подходит тесто, мы с вами и поговорим».

Анна Коляденкова родом из небольшой деревушки в Мордовии. Она стала последним ребёнком в семье, десятым. Там она прожила до 14 лет, пока её отца не завербовали на Камчатку. «Нам пришлось переехать. Жаль было оставлять родной дом, но родителям же нужно было кормить семью». Так, в мае 1938 года совсем юная Анна оказалась на побережье Камчатки в посёлке Крутогорово. Тогда она думала, что когда-нибудь вернётся в родную деревню, но судьба распорядилась иначе. Вот уже 72 года живёт она здесь.

«Когда мы приехали на Камчатку, нам приходилось жить в палатках. Три года так. Там две печки стояло, мы их и топили. Потом в бараки переселили: посередине коридор и комнаты, комнаты, комнаты… И в каждой – одна кровать и стол. Так и жили».

В 1941 году в Крутогорово пришла телеграмма от ДальТАСС, через несколько минут на весь посёлок завыла серена. «Это было так страшно. Люди на улицы повыходили, не могут понять, что происходит, а им кричат: «Война началась! Война!» Все плачут, кричат, все перепуганы», –  вспоминая этот день, ветеран  с трудом удержалась от слёз.

Во время войны Анна Сергеевна работала на рыбном комбинате. «День и ночь: рыба, краб, рыба, краб... Это сейчас краба дефицит. А тогда ни о каком дефиците слыхом не слыхивали! Мы 500 ящиков выпускали в смену, – вспоминает она. – Меня  недавно как-то угощали крабом. Разве это краб? Это уже отходы, которые выбрасывать можно». Подробно и с большим удовольствием рассказывает Анна Сергеевна о том, как готовился краб на их рыбокомбинате. О предназначении «крабоварок» и «крабовытряхалок», о необходимости после варки промыть краб морской водой и много ещё интересных нюансов. «Я стояла на укладке, – продолжает рассказывать наша героиня. – Пока норму не выполним, никакого отдыха. А если ещё и новую партию краба привезут, то сразу на работу. Это же – скоропортящийся продукт. А бывало и так: мы только уснём, прибегает наш бригадир Шура будить нас. Пока ты не встанешь, бригадирша не уйдёт. У меня подруга тоже здесь жила, со мной работала. Она тяжело поднималась, сквозь сон говорила: «Уходи, Шура. Я сейчас встану». А сама не вставала. А потому наш бригадир и будила нас до последнего, пока не встанешь и не пойдешь на работу. Только закончим краб, тут же новый привозят. Спали по час, два, но не больше».

В свободные от работы часы Анна и её подруги тратили не только на сон. «Мы умудрялись при таком графике ещё и на свидания ходить. Недалеко от нашего комбината стояла застава, в которой служили пограничники, которые приехали на Камчатку из Подмосковья. У некоторых девчат оттуда были кавалеры. И у меня был. Мы соберёмся с девчонками к ним, а офицер нас не пускает. А мы его крабом угостим, и он раздобреет. Такая любовь была», – смеётся ветеран. Иногда пограничники сами приходили за завод к девушкам. «Мы прямо во время работы и бегали к ним. Ненадолго. Всем говоришь, что на двор идёшь по какому-либо делу, а там кавалер тебя дожидается. Иногда с ребятами-пограничниками катались на качелях. Но это очень редко было, ещё реже нам гармошке играли. Поиграем, попляшем…

Моим кавалером был Николай Трофимов, откуда-то из Подмосковья. Хороший парень, красивый, добрый. Мы сидели на скамеечке, разговаривали. Он мне всё говорил: «Давай я тебя отправлю к себе домой». А я ему: «Меня не отпустят родители». А он уговаривал: «А вдруг отпустят, я буду знать, что ты уже там, что никуда не денешься. Я приеду».

Я тогда как-то и не обращала внимания на эти его слова… Да вот потом думала, может, разыскать его? Да всё как-то не получалось, – вспоминает Анна Сергеевна. – Мы с ним не целовались даже. Всё разговаривали о каких-то мелочах… Мы ж простые, деревенские ребята были. Это вы сейчас все грамотные, всё знаете».

В военные годы самым тяжёлым для Анны Сергеевны была её работа. «Всё остальное мы переживали с лёгкостью. Высокие цены в магазинах, низкие зарплаты – всё это нас не тревожило. Мы питались рыбой, у нашей семьи была корова, которая давала достаточно молока, чтобы жить не голодая. Да и краб можно было брать домой. Кто сколько хотел. Жарили, парили. Было и такое, что банки, в которых мы впускали его, закончились, а краб везут и везут. Мы стали в коробочки их укладывать. Одна такая коробочка стоила 40 копеек – это недорого по тем временам». Кроме того, к концу войны из Америки присылали подарки, которые «мы не видели, они все уходили начальству». Но однажды Анне подарили американское платьице. «Вот это была радость! – говорит она. – Новое, красивое, бежевое с какими-то кубиками, с пояском, коротеньким рукавом. Я нарадоваться не могла». Потом снова подарок из Америки – тёмно-синяя шерстяная юбка. «Я в ней долго проходила. Нравилась очень. У нас же у всех одежда была одинаковая». Вспоминает Анна Сергеевна и о том, как её мама готовила семье зимнюю обувь: «Зимой на ноги мне мама стёганки делала, я носила их с галошами.  А летом брезентовые сапоги. Что привезут – то и купим. Никто не жаловался, все понимали, что нам очень повезло с одеждой».

Многие родственники Анны Коляденковой приняли участие в боях Великой Отечественной войны. Погибших на войне были единицы. Но до сих пор с болью вспоминает она о том, как погиб её племянник: «Мой старший брат с 1914 года служил в Большерецке, его сын – мой племянник был мобилизован на фронт, когда ему ещё 18-ти лет не было». Из Усть-Большерецка племянника Анны Сергеевны на барже перевели на Курилы, когда пароход уже подходил к месту назначения, на русских напали японцы, начали бомбить наших ребят. Они все, эти молодые ребята, бросились в море и утонули. «Ох, как я плакала. Ох, как жалко мне было его».

Вспоминает Анна Сергеевна и о том, как её сестра ходила пешком к мужу из Крутогорово в Усть-Большерецк, где он служил. «Шла она дней пять, и речки проходила вброд, на себе продукты тащила, которые ему приготовила. Мы, камчадалы, конечно, не видели того ада, который творился на фронте, но и нам не всё легко было».

Конечно же, важным событием в те годы было получение письма от родственников, участвовавших в войне. Больше всего Анне Сергеевне запомнились письма её сестры Паши, которая работала во время войны на вале леса. «Она писала, что они с другими девчатами готовили себе еду из какой-то травы. Сушили её, добавляли горсть муки и из этого пекли лепёшки. Картошку тёрли, каким-то особым образом её запекали. Ничего у них не было. Голые, голодные. Из мешков шили себе одежду. А вшей сколько было у них! Паша писала, как пойдут на работу в лес, всё с себя снимут, разденутся прямо догола и до этих вшей стряхивают. Мы же писали, как живём, новости сообщали, если появлялись. Пытались сделать так, чтобы они за нас там не переживали, им и так хватало. Они же в письмах не писали о том, что живут плохо, всё было пятно и без слов». Во время войны конвертов для писем не было. «Сами их делали. Листок сгибаешь треугольником и готово. Письма отправляли бесплатно, никто их не вскрывал, никогда они не терялись».

Вместе с письмами ждали камчадалы и того самого дня, которой должен был ознаменовать конец войне. «Когда узнали, что советские войска захватили Берлин и Гитлер мёртв, радости нашей не было предела. Мы теперь уж знали, что наши ребята домой скоро приедут». Так оно и было. Все братья Анны – Иван, Фёдор, Павел, Михаил – возвратились домой, один только племянник пропал. «Говорят, его фамилия записана на мемориале в сквере Победы, но я туда не доберусь одна», – вздыхает ветеран.

Встречая с фронта, как могли накрывали стол. «А там одна рыба: пельмени, котлеты, филе. Это был такой праздник для них».

В мирное время жизнь нашей героини стала легче. Работы было много, но не так как в военные годы, все родные были рядом. Печалило Анну лишь одно – пограничники из соседней заставы уехали на свою малую родину, а вместе с ними и Николай Трофимов. «Я его на всю жизнь запомнила».

1950-м году Анна Коляденкова переехала в Петропавловск-Камчатский. Так здесь до сих и пор и живёт. «Поначалу мне приходилось жить у сестры чуть ли не в землянке, а потом со временем уже всё появилось». Ветеран 25 лет отработала в роддоме, потом уже на пенсии проработала на пищекомбинате ещё 17 лет.

Сейчас Анна Сергеевна Коляденкова на заслуженной пенсии. Печёт пирожки, как мы уже говорили выше, и каждое воскресенье ходит в церковь. Родственники, знакомые и соседи считают её главным специалистом по рыбе. «До сих пор я очень разборчива в рыбе. Ем не всё. Наверное, переела во время войны, – говорит ветеран трудового фронта. – Сейчас по рынку иду, мне продавцы рыбы кричат: «Бабушка, попробуй нашу рыбку. Смотри какая она у нас». А я им: «Ты бабушку не учи. Бабушка столько за свой век этой рыбы насмотрелась».

Ольга Маринкина








Источник
Как там сейчас в Крутогорово есть мысли отправить этот материал на тв, отпишитесь что да как.
1958 год. 1-й класс. Учительница Валентина Васильевна (?).В первом ряду третья слева Шныра Ольга

Attached files