Зеленкова (Аббакумова) Нина Николаевна

Дочь Николая Ивановича Аббакумова, жена Виктора Зеленкова.
НАША ДИНАСТИЯ Патриарх рода, прапрадед – Абакумов Петр Иванович. Его сын, наш прадед Абакумов Петр Петрович, женат ббыл на Ольге Викторовне Антоновой. Его дети – Илларион. О нем мы ничего не знаем. Фотий и Александра Гавриловна Панова, его жена. У них родились дочь Ульяна. От нее Гарднеры, потому что муж ее Гарднер, который был председателем колхоза. Александра Зимина (есть ее фото), тетя Шура. Была охотницей. Только она Фатеевна, а здесь Фотиевна. Несмотря на свой возраст, она сдает на заготовительный пункт ежегодно много разной ценной пушнины. Она нам родственница. Она же была дочерью Фотия. А Фотий был брат нашего деда Ивана Петровича. Интересную историю рассказывал о Фотие мой отец. Как раньше мужчин учили охотиться, рыбачить? Никто не с кем не сюсюкал. Как-то раз они пошли осенью за медведем, отцу было лет 18. Мы, -- рассказывал отец, -- лежим, молодые парни в шалаше утром проснулись, а д. Фотий на костре уже чай кипятит. "Дядь, как погода-то?" "Спите, ребятишки, дует и валит!" Ну мы и спим дальше, а когда проснулись в 12 часов, солнце светит, дяди нет, собак нет и котелок он перевернул. В общем, добирайтесь, как хотите. То есть учили так. В следующий раз мы не спрашивали, дует или валит, мы вставали и шли. Николай Иванович, наш отец. Елена – не родная дочь. Иван Петрович был женат на Бречаловой Анне Петровне (Брячаловой, как они считали) из Большерецка и у нее была сестра Матрена. Эта Матрена умерла и т. Лену – тоже сестру Анны Петровны (и Ваню) забрал Иван Петрович к себе воспитывать в семью. У Ивана Петровича и Анны Петровны были дети до брака и в браке родились еще дети. Лена стала Атласова. Георгий, у него нет детей, но он был женат. От моего отца пошли Абакумовы, Зеленковы. Галя Абакумова, моя сестра, вышла замуж за Зеленкова Константина, а я вышла за Виктора. Иванова Тамара. Еще у мамы была дочь от первого брака, но она Болдырева. В их роду у женщин фамилии не менялись. Моя мать не Абакумова, а Болдырева. И дочь старшая от первого брака тоже Болдырева. Была еще Марина у нас, умерла. У Ольги не было собственных детей, но в Коряках живет Жанна Сорокина, она воспитала ее. У тети Лены Власовой были дети Иван, Михаил, Петя (без детей). Ее дети от Атласова. Тетя Ида стала Селиванова. Наташа Селиванова, журналистка, это ее племянница. Николай Николаевич – ее отец. Татьяна Абакумова (Минкина). У нее сын живет в Елизове. Зовут Минкин Юра. Никифор. От Никифора пошли Захаровы. В Сокочах живут Лопины-Волковы. А дядя Толя был холостой. О маме. Мама была очень активным человеком. Приехала на Камчатку в 1948 году. На материке остался у нее ребенок от первого брака Ирочка. Она закончила Томский государственный университет, по профессии она ихтиолог. Стала работать в Малках. Она единственный образованный человек была, она имела такое образование. Когда родились дети, то они с отцом (они жили в 30-40 км от Малок) жили в полевых условиях. В письмах она пишет, что у нее замечательные дети. Дети – мое счастье. У нее было девять детей всего, а от отца – семь. Одна моя сестра – врач, другая – известный педагог-воспитатель, я в школе работаю 25 лет. Она дала нам огромный душевный потенциал. Болдырева Ирина Станиславовна, врач-педиатр. Андрей Николаевич Абакумов, работает в энергетике. Владимир Николаевич Абакумов, в прошлом спортсмен, сейчас частный предприниматель. Галина Николаевна Абакумова (Зеленкова), она работала 27 лет в Корякии педагогом. Сейчас живет в Малках. Благодаря Андрею, Володе и Валере мы смогли восстановить Малки. 25 лет назад эти Малки снесли, закрыли, а потом когда перестройка началась, то братья и мама моя стали оформлять документы и нам выделили тут землю. Валера вышел на пенсию в 33 года (он был милиционером) и с тех пор он живет в Малках. Семья его живет в Елизове. Он там охотится. Он как бы отвечает за все там. Его дом был первым, он стоит на месте отцовского дома. Даже сохранились боярка, бузина. У матери был богатый палисадник. Была одна комната, в которой помещалось семь детей и мать с отцом. Как мы жили, я вообще не представляю! Кухонька, коридорчик и кухня летняя, еще была куча амбаров, сеновалов. Мы летом спали только там. Мы выросли в этом доме. В Малках у нас целая деревня: сначала идет дом тети Шуры Захаровой (ее отец Никифор был братом моему деду), затем Валерин дом, потом мой дом, Андрюшин дом, Вовин дом, Галин дом, а других домов нет, никто больше не строился. Тамара в Малках познакомилась с геологом и уехала на материк. Мама в письмах пишет, что главная беда была – распущенность среди местных. Жили с 12 лет вместе. Нас она воспитывала строго. Местные очень сильно пили. Маму это очень шокировало. Мы все очень дружны, нас так мать воспитала, всегда друг другу помогаем. Женщины Абакумовские очень верные. Когда Тома умерла в 1998 году, я позвонила Володе, что надо кому-то ехать хоронить, он говорит, я уже купил всем билеты – едут все. Мы поехали все, Ира подъехала, она в Алтайском крае сейчас живет. Из маминых писем: "Исполнилось 40 лет с тех пор, как я приехала на Камчатку. Горжусь, что у нас 1 января было 18 сеансов, построили кинобудку, добились аппаратуры, будет свой киномеханик, у меня 45 читателей. Меня сравнивают с сельской учительницей. Я сама тоскую по цивилизации, но от культуры я не отстаю. Добилась кино, теперь задача – добиться радио в избу-читальню. Вообще, настроение боевое. Мне ли падать духом. Это для меня роскошь. Я не имею на нее права, хотя мне очень тяжело. Недаром секретарь райкома сказал мне лет восемь назад, ты Болдырева – мужественная женщина. Борись и терпи! Как бы тяжело ни было в работе и в быту, с каждым годом я закалялась и теперь учу этому остальных". Родила 25 января 1953 года Тому. А 24 числа мама работала в клубе, было партсобрание и через 12 дней она опять пошла в этот клуб. С мамой считались, она была вхожа в любые кабинеты, никогда не перед кем не приклоняла головы. Кода Малки закрыли, дома сносили тракторами. Она ходила и хлопотала, то за одного, то за другого. Она многим пробила квартиры и себе тоже. Она практически никуда не выезжала. А ведь так мечтала путешествовать! Они, правда, уезжали с отцом и год жили на материке. Она отца заставила уехать в Новокузнецк. Потом они вернулись, потому что было тяжело. Мама никогда не ругалась, не скандалила, а старалась убедить, уговорить. Отец очень любил детей, он был замечательным человеком, честным, порядочным. Труженик. Отец умер очень рано. И нас он безумно любил, жалел, никогда не поднимал руки. У него было тонкое чувство прекрасного. Мама подсовывала ему книжки, образовывала его. Если книга попадалась хорошая, он мог читать до утра. Пел песни. Он нарты нам делал, а сейчас их никто сделать не может. Служил в армии. Когда он был призван в армию в 1942 году, а в конце 1945-го года он был призван на русско-японскую войну, участвовал в Курильском десанте. Отец был настолько щедрым человеком и мать тоже. Когда возвращалась из интерната, я обязательно кого-то привозила с собой к нам погостить и никогда не видела раздражения на лицах родителей. Некоторые интернатовские дети жили у нас уже как члены семьи. Они были окружены любовью, как и мы, родные дети. Мы жили одной большой семьей. Отец много работал, чтобы мы ни в чем не нуждались. Мы хорошо питались: молоко, сметана, медвежье мясо, жир, икра. Когда я приезжаю в Малки, меня охватывает такое необъяснимое теплое чувство, что я дома. Малки для меня как оберег. Когда мне бывает плохо или просто чувствую какой-то дискомфорт, я закрываю глаза и вспоминаю Малки, родные места и сразу успокаиваюсь. Приходилось много зарабатывать, мы собирали дикоросы, жимолость, сдавали, а отцу за это давали лицензию на отлов пушных зверей.