Кульковы федор и Василий

купцы, организаторы промысловых экспедиций в Русскую Америку
Неугомонные Кульковы Год спустя после выхода в плавание "Св. Иулиана" Федор и уже упоминаемый выше Василий Кульковы организовали компанию и снарядили в плавание судно "Захарий и Елизавета". Мореходом был избран тотемский купец Степан Черепанов. Первоначально промысел вели на острове Беринга, где и зимовали. Весной следующего года отправились дальше и в 1760-1762 годах вели промысел на острове Атту - самом большом из группы Ближних Алеутских островов. Передовщиком, т. е. ответственным за организацию промысла, был сам Федор Афанасьевич Кульков. Подробности этого плавания стали известны из опубликованного А. А. Андреевым в сборнике "Русские открытия в Тихом океане и Северной Америке в XVIII веке" (М., 1948) интереснейшего документа: "Сказка тотемского купца Степана Черепанова об его пребывании на Алеутских островах в 1759-1762 годах". В 1970-е годы ленинградский ученый Р. Г. Ляпунова в Архиве внешней политики России обнаружила и опубликовала еще один документ: "Известия, собранные из разговоров вологодского купца Федора Афанасьевича Кулькова о так называемых Олеутских островах в Санкт-Петербурге в 1764 году". "Известия" вологжанина Федора Кулькова расширили и уточнили представления о Ближних Алеутских островах, сложившиеся к тому времени. Первые страницы рукописи посвящены определению географического положения островов относительно Камчатки и острова Беринга, а также других, уже известных Алеутских островов. Указываются продолжительность плавания и месяцы, наиболее благоприятные для его осуществления. Затем подробно описываются природные условия островов, растительный и животный мир самого большого и главного острова (Атту) . Даются сведения о численности островитян, об особенностях их быта, другие этнографические подробности (одежда, специфические украшения, пища, брачные обычаи, особенности ухода за младенцами и т. д.). При характеристике физического типа островитян подчеркивается их хорошее здоровье и долгожительство. В "Известиях" есть указание и на то, что их автор уже сообщил сведения об одежде островитян в "здешнюю императорскую Кунсткамеру". Интересно, что вслед за сведениями его "как самовидца" Федор Кульков сообщает и "о слышанном". К последнему он относил сведения, известные ему от местных жителей, о других Ближних Алеутских островах, а также "о матерой земли Америки, из которой-де следы, может быть, небезызвестны некоторым промышленникам, особенно тем, которые, прежде сего искав Олеутские острова, блудили долго по морю и заходили весьма далеко". "Известия" Федора Кулькова, как и доставленные ранее документы Михаила Неводчикова, Степана Глотова, стали достоянием Адмиралтейств-Коллегий и были использованы М. В. Ломоносовым в работе "Краткое описание разных путешествий по Северным морям и показание возможного проходу Сибирским океаном в Восточную Индию" (Ломоносов М. В. Сочинения. Т. VII. Л., 1934). Примечательно, что, как об этом свидетельствует другой ленинградский ученый Б. Полевой, на приложенной к этому труду карте, составленной М. В. Ломоносовым в 1764 году, отдельным пунктиром обозначены: "Путь Кулькова с товарищи на новые острова" и "путь Кулькова с товарищи с новых островов". Несколько в стороне от этого пути показан "остров Кульков". Но, к сожалению, это название до наших дней не сохранилось. Ныне остров носит название Атту. Как сообщила Р. Г. Ляпунова, кроме уже названных, в Архиве внешней политики России имеются следующие, еще не опубликованные документы данной экспедиции: "В канцелярию Охотского порта от купцов тотемского Степана Черепанова и вологоцкого Федора Кулькова репорт" и "Реестр прибывшим на купецком промышленном судне "Св. Захарий и Елисавета"". Добытая во время экспедиции на "Захарий и Елизавете" пушнина была оценена в 101 218 рублей. Федор Кульков, так же, как и его брат Василий, был удостоен золотой медали. Дела компании складывались хорошо. Братья вновь собирают артель, которую в год возвращения "Захария и Елизаветы" направляют в морской вояж к самой большой и дальней от Камчатки группе Лисьих островов. На этот раз мореходом был избран Петр Дружинин. В 1763 году на островах Умнак и Уналашка вместе с артелью Кульковых договорились о совместном ведении промысла и артели, прибывшие на судах "Св. Живоначальная Троица" (мореход - верховажский крестьянин Иван Коровин), "Св. Иоанн" и "Св. Николай". Первоначально ничто не предвещало беды. Но вскоре разыгралась трагедия. Островитяне напали на небольшие группы промышленников и сожгли суда. В вооруженных схватках многие погибли. Из оставшихся в живых немало умерло от ран и "цинготной" болезни. Как сообщает в рапорте мореход Иван Коровин, артель Кульковых погибла полностью вместе с мореходом П. Дружининым. Всего же из 175 промышленников, прибывших на названных выше судах, на Камчатку возвратилось всего пять человек. Среди них и мореход со "Св. Живоначальной Троицы" Иван Коровин. Как сложилась судьба братьев Кульковых после гибели снаряженного ими судна, пока установить не удалось. Ясно лишь одно, что среди погибших было много жителей Вологды, Великого Устюга, Яренска, Тотьмы и Лальска.