Мы назвали так эту тему потому, что существует блог Петра Трапезникова "Знаменитые Трапезниковы по всей России" http://blogs.mail.ru/mail/petrtra/27041725b2ff05e7.html , в котором представлен интересный материал об иркутских купцах Трапезниковых, которые ведут свой род от знаменитого камчатского гостя, выходца с Русского Севера (с Северной Двины, из деревни Ульяновской Ракульской волости Великоустюгского уезда) Никифора Акинфеевича Трапезникова, иркутского купца, одного из первых организаторов промысловых вояжей (походов) в Русскую Америку и деда жены Григория Ивановича Шелихова, организатора Российско-Американской компании. Именно Никифор Акинфеевич оставил на Камчатке свою фамилию при крещении камчадалов.

А вот и подробности из книги "Григорий Шелихов" В.С. Григорьева: С 1745 принимал участие в организации и финансировании плаваний более 10 судов. В 1749–50 передовщиком на шитике “Св. Борис и Глеб” ходил на промысел из Нижнекамчатска к острову Беринга с зимовкой. Посетил острова Ближние. В 1751–52 снова отправился на восток. Побывал на нескольких островах в центральной части Алеутской гряды и вывез с острова Аттау артель потерпевших крушение промышленников во главе с Д. Наквасиным. В 1762–64 снарядил и отправил три судна для обследования Алеутских Островов и определения лучшего места для промысла: “Cв. Троица” (мореход И. Коровин), “ Св. Николай” (мореход Л. Наседкин), “Св. Петр и Павел” (мореход В. Софьин). В 1763–64 на Лисьих островах произошло одно из крупнейших восстаний алеутов. Русские промышленники понесли самые тяжелые потери за всю историю колонизации Алеутских островов и Аляски. Особенно пострадал Трапезников. Крушение в 1768 судна “Св. Петр и Павел” и банкротство некоторых его должников “превратили Трапезникова в бедняка, чья старость прошла почти в полной нищете”. Награжден императрицей Екатериной II золотой медалью. Передовик сибирских землепроходцев середины восемнадцатого века, не единожды добиравшихся уже до Алеутских островов и даже матерой земли Нового Света, Никифор Акинфиевич Трапезников, живя на покое в Охотске, заприметил Шелихова, этого смекалистого и удачливого приказчика Лебедевых. Старик Трапезников жаждал иметь преемника своим исканиям и готов был бы благословить выйти за него любимую внучку Наталью, ходившую молодой вдовой и во вдовстве сведавшуюся с синеглазым, густобровым плясуном и песельником Гришатой Шелиховым, — мешало их разноверие: она — староверка, а он — православный. Восточная красота вдовы Гуляевой, — ходили слухи, что мать ее жила у курильских айнов пленницей из земли Чосен, Страны Утренней Свежести — Кореи, и от них вывезена Никифором Трапезниковым, — безоглядно полонила Григория Шелихова. Да и кто бы устоял перед ее, как уголья, горящими глазами в нежном овале лица, окрашенном постоянным янтарно-смуглым румянцем! «Судьба!» — подумал Григорий Шелихов и решил жениться. Но без дедова благословения Наталья Алексеевна выходить замуж не хотела и знала, что дед ее, суровый беспоповец Никифор Акинфиевич, никогда не согласится отдать свою внучку за табашника-никонианина. Однако Григорий Шелихов не задумывался над догматами православия. Наталья Алексеевна по красоте и капиталу, оставленному ей покойным мужем, стоила православной поповской обедни, и Гришата улестил старого Трапезникова стоянием в моленной, истовым слушанием октоихов кержацкого распева и двуперстным знаменованием. О приданом же он и не заикнулся и этим окончательно расположил к себе разоренного «честностью» гордого старика морехода Трапезникова. Перед смертью, заповедав внучке и зятю долгую согласную жизнь, старый Трапезников, в обход детей своего давно умершего сына Алексея Никифоровича, которые тянулись в сидельцы к первогильдейским сухоземным купцам-торгашам, передал Григорию Ивановичу заветное наследие: рукодельную на полотняном убрусе{2} карту плавания на Алеуты и к американской земле, компас с буссолью — то и другое служило старику в океанских походах — и небольшую кубышку золотых монет, удержанную в подполье. Все это наследие, помноженное на собственную отвагу, разум и твердое решение без удачи не возвращаться, новоявленный купец и мореход Григорий Шелихов и внес как свой пай в компанию, состоявшую из сибирских тузов-богатеев Лебедевых-Ласточкиных и торгового дома Голиковых, договариваясь с ними о почине в завоевании Нового Света. (В.С. Григорьев, "Григорий Шелихов")

Александр Трапезников

Первым Правителем Русской Америки был Григорий Иванович Шелихов, человек жесткий, волевой, смелый, поистине государственного масштаба. Это он организовал первые поселения на Аляске и Алеутских островах, привел "инородцев" в российское подданство, основал русско-американскую торговую компанию. Фактически присоединил новые земли к России. Его компании высочайшим указом разрешалось "пользоваться всеми промыслами и заведениями", находящимися на берегах Америки от 55 градусов северной широты, на всех прилегающих островах в северной части Тихого океана и на землях "до Берингова пролива и за оный". Тем самым северо-западные и северные берега Америки были окончательно включены в сферу государственной политики Российской Империи.

Это был конец XVIII века. Но стоит напомнить, что первым северо-западное побережье Америки открыл в ночь на 16 июля 1741 года русский мореход Алексей Ильич Чириков на шлюпе "Святой Павел" (на полтора дня раньше, чем Витус Беринг, руководивший всей экспедицией, прозванной впоследствии Великой Северной). Конечно, не исключено, что русские охотники и промысловики добирались до Америки и прежде, не говоря уж о том, что сам Берингов пролив первым "прошел" Семен Дежнев за сто лет до этого. История сохранила нам имена и других отважных мореплавателей, последовавших за Дежневым – Павлуцкий, Гвоздев, Федоров, Скурихин, которые закрывали "белые пятна" на карте. Честь и хвала им, русским путешественникам и подвижникам! За ними к "незнаемым островам и новым землицам" устремились промышленники и промысловики. Среди них был и открывший в 1752 году один из островов Алеутской гряды – о. Атха – мореход Никифор Трапезников, смею надеяться, что мой дальний предок, учитывая мои дальневосточные корни (Авт.).

Но главное, что русские овладели стратегически важным районом, замыкающим сообщение между Тихим и Атлантическим океанами, чему, конечно же, больше всего противилась Англия. И она совместно с молодыми тогда и еще Соединенными Штатами всеми силами стремилась подорвать положение русских поселенцев в Америке. Однако право первооткрытия – как право первородства. Практика того времени была такова: кто первым ступил на новую землю, чей государственный флаг над нею развевается, той державе и принадлежит эта территория. В данном случае оспаривать у России северное и северно-западное побережье Америки было верхом самонадеянности. Слишком много трудов было вложено нашими соотечественниками в освоение новых земель. Слишком большой кровью они нам достались.

Однажды, подстрекаемые англо-американскими пиратами, местные индейцы "калоши" (так называли их русские моряки) напали на форт Новоархангельск. Дело могло бы кончится плохо, если бы в бухте не появился русский фрегат "Диана", которым командовал Василий Михайлович Головнин. Несколько залпов из орудий – и толпа разбежалась. После Шелихова правителями Русской Америки побывали Евстрат Деларов и Александр Баранов, а первая половина XIX века еще крепче привязала американские земли к России. Право, нет в том ничего худого, напротив, русский дух лишь унял чрезмерную прыть американских поселенцев, даже по-своему облагородил их. По крайней мере, хоть на какое-то время они поняли, что кроме оружия в мире существуют и иные ценности, а уж если все же предстоит меряться силой, то Россия не уступит, а победит.

Однако, к сожалению ли или к счастью, но в истории не бывает неизменных величин. Дело закончилось так, как закончилось: после Крымской войны, навязанной нам с далеко идущими целями, Россия ослабла, и Аляску пришлось отдать. Русские ушли с американского континента, а правительство США даже стало поглядывать на Дальний Восток и Сибирь.

http://russkie.org/index.php?module=fullitem&id=5320

Описание
Лиц. ст. Профильное, поясное, вправо обращенное изображение Екатерины II, с ниспадающими на плечи локонами, с вплетенной в них ниткой жемчуга, в короне и мантии и с Андреевской лентой через правое плечо. Вокруг портрета надпись: "Б.М.Екатерина. II. Императ, и самодерж. Всеросс."; внизу, у предплечья императрицы видна подпись мастера - "Ивановъ". Об. ст. В изящном орнаменте с цепью ордена св. Андрея Первозванного размещена горизонтальная четырехстрочная надпись: "За полезные = обществу труды = 1762. Году = августа. 31. Дня.".

Золото, диам. 42 мм, достоинством в 10 червонцев.

Портретную сторону штемпелей резал Т.Иванов, оборотную - С.Юдин.

Историческая справка
Медалью была награждена целая компания купцов-пайщиков численностью 12 человек: "Тобольский (купец) Илья Снегирев, вологодские Иван Буренин и Иван Кульков, яренские Иван Томилов и Афанасий Суханов, тотемские Андрей Титов и Григорий и Петр Пановы, московский Егор Сабинин, тульские Семен Красильников и Афанасий Орехов и лальский купец Афанасий Чабаевский "за предпринятую экспедицию на дальние Алеутские острова на судне "Св. Иулиан" для "сыскания новых земель и для приводу тамошнего... народа в (российское) подданство".

Это было долгое и трудное плавание в северной части Тихого океана. 2 сентября 1758 года "Св. Иулиан" с экипажем в 42 человека вышел из устья реки Камчатка и сразу же попал в сильный шторм, во время которого было сорвано два якоря. Зиму путешественникам пришлось провести на острове Медном, где из остатков железа берингового пакетбота "через немалый труд" отковали новые якоря. С весною, запасшись сушеным мясом морских коров, мореходы направились вдоль Алеутской гряды и через месяц достигли острова Умнак. За ним "в пятидесяти верстах" открыли большой остров Уналашку, где туземцы встретили русских стрелами с наконечниками из кости и камня. Но затем постепенно наладились дружественные отношения, так что "...в доказательство своей дружбы местный тойон (вождь) отдал капитану Глотову в аманаты (заложником) своего тринадцатилетнего племянника". В своем отчете сибирскому губернатору Чичерину Глотов впоследствии доносил, что алеуты "...желание возымели и впредь быть в подданстве и чтоб к ним русские люди всегда на судах ходили и что они будут ясак платить". Обратный путь "Св. Иулиана", после долгих скитаний по островам, был еще трудней. Плавание затянулось из-за встречных штормовых ветров, люди "...имели великие недостатки в воде и пище, так что и последнюю с ног обувь варили и в пищу употребляли".

Четырехлетнее плавание "Св. Иулиана" имело большое значение для России. Оно обогатило науку коллекциями редких минералов, интересными этнографическими материалами, новыми сведениями об островах и картой, составленной участником экспедиции Петром Шишкиным.

По медали "За полезные обществу труды", введенной сразу же при вступлении Екатерины II на престол, можно судить, какое большое внимание в то время уделяла новая императрица вопросу развития мореплавания и изысканию новых земель в Тихом океане. Наступала новая эпоха возрождения традиций Великого Петра, и эта медаль была первой ласточкой в последующей великой серии наград Екатерины II.

На рассматриваемой купеческой медали указана дата возвращения "Св. Иулиана" из экспедиции. Носили ее на широкой шейной ленте ордена св. Андрея Первозванного.

Позднее подобной медалью были награждены купцы - Иван Никифоров и Василий Шапкин, а также мореходы Гаврила Пушкарев, Андреян Толстых и участвовавшие в плавании - Петр Васютинский и Максим Лазарев. Золото, диам. 42 мм, достоинством в 10 червонцев. Медаль идентичная предыдущей, с разницей лишь в дате, указанной на оборотной стороне - "1767. Году = Апреля. 20. Дня". Штемпели резали те же мастера - Т.Иванов и С.Юдин. Награждены этой медалью были купцы-промышленники: великоустюжский - Василий Шилов и соликамский - Иван Лапин за четырехлетний вояж к дальним Алеутским островам для изыскания сведений и открытия новых земель. Шилов начертил новую карту Алеутской гряды, затем через всю Сибирь доставил в Петербург "алеута в одежде из птичьих шкур", и там лично давал сведения Адмиралтейств-коллегий о новых землях. Он настаивал на заселении полуострова Аляска, мотивируя тем, что "...там можно найти много выгод. Ходить туда следует на больших кораблях...". Он рассказывал членам коллегии любопытные истории "о свойстве жителей тех земель: "нет у них никакого богослужения, брачных и праздничных собраний... О собственности они тоже ничего не знают.., живут в общих многосемейных юртах..." и пребывают на белом свете "до ста и даже более лет". Там же в Петербурге Шилов получил свою золотую награду. С ним на Камчатку была отправлена и медаль для Ивана Лапина. Носили медаль на шейной ленте первого ордена.

На год позднее, в 1768 году такой же медалью был награжден вологодский купец Федор Буренин за организацию вояжа на самый дальний остров Алеутской гряды - Унимак, отделенный от полуострова Аляска лишь нешироким Исаноцким проливом. Золото, диам. 42 мм, достоинством в 10 червонцев. Медаль, идентичная предыдущим, с разницей лишь в дате, указанной на оборотной стороне - "1770. Году = июля 15 дня". Штемпели для ее чеканки резали те же мастера - Т.Иванов и С.Юдин. Этой медалью был награжден, впервые в истории России, туземец - крещеный алеут, нареченный Осипом Арсентьевичем Кузнецовым. Он был привезен на Камчатку в качестве аманата с острова Атту, выучил русский язык и стал прекрасным переводчиком. В дальних экспедициях он активно проводил переговоры, успешно налаживал контакты русских промышленников с туземным населением островов, и, как писал губернатор Сибири Д.И.Чичерин в своей реляции Екатерине II - "те суда, на которых он (Кузнецов) был во время бытности на Алеутских островах... безвредно, с хорошей добычею возвращались на Камчатку". После того, по желанию императрицы, этот толмач-алеут был доставлен в Петербург и представлен лично императрице, после чего последовал указ о его награждении. Медаль была ему выдана без ушка и ленты "...с тем, однако ж, чтоб он ее на себе не носил". Он не мог быть приравнен к купеческому сословью, хотя и был заслужен таковой почетной награды. Золото, диам. 42 мм, достоинством в 10 червонцев. Медаль, идентичная предыдущим, выполнена теми же мастерами - Т.Ивановым и С.Юдиным. Награжден ею был в 1779 году якутский купец Лебедев-Ласточкин за предпринятый секретный вояж к Южным Курильским островам с целью налаживания торговых связей с Японией.

Все попытки России в то время пробить стену самоизоляции Страны восходящего солнца не достигали цели, и только Лебедеву-Ласточкину во время трехлетней экспедиции удалось впервые осуществить контакт с промышленниками и купцами японского судна Танги-Мару 19 июня 1778 года. Этот вояж имел политическую основу и был снабжен специальной инструкцией: "...следовать под видом звериных промыслов на Курильские дальние острова и до последнего ныне нам известного двадцать второго, Аткинса называемого...и между тем важная услуга принята будет, если с японцами увидясь и учиня знакомство, завесть с ними торг". Дорого обошлось якутскому купцу это путешествие, в котором было потеряно два судна - "Св. Николай" и бригантина "Наталья". Но несмотря на это, экспедиция Лебедева-Ласточкина проторила дорогу в Японию Адаму Кирилловичу Лаксману, которому удалось в 1792 году добиться официального разрешения на посещение один раз в год порта Нагасаки. По ходатайству генерал-прокурора Сената А.А. Вяземского и по личному указанию Екатерины II, за то, что названный купец "...имел случай первый свести знакомство с японцами и положить начало к заведению с ними торга..." и была вручена ему медаль на шейной Андреевской ленте. Это была последняя медаль с надписью "За полезные обществу труды", отчеканенная "...в десять червонных по примеру тому, како в 1764 и 1767 годах... даны, но с датой 1779, апреля, 18 дня".

Источник: http://www.trio.ru

Мне кажется, что связь Никифора (по другой версии Мокиевича, а не Акинфиевича) Трапезникова с внучкой-женой Шелихова -- это плод художественного вымысла. Исследователи не находят, где переплетаются линии Никифора Трапезникова и других иркутских купцов Трапезниковых. Может быть, они были только однофамильцами. И выходцем с Русского Севера был не другой Трапезников -- сравните сами:
Трапезниковы -- Сибиряковы

Схимонах Иннокентий (Сибиряков) по материнской линии принадлежал к знаменитому купеческому иркутскому роду Трапезниковых. Дядя Сергей Константинович Трапезников был ему крестным отцом. Иннокентий Михайлович Сибиряков следовал в своих деяниях лучшим традициям рода Трапезниковых. Приводим краткие сведения о представителях рода Трапезниковых.

ОТ ПОКОЛЕНИЯ К ПОКОЛЕНИЮ

ТРАПЕЗНИКОВ Иван — новониколаевский предприниматель, владелец торговой лавки на Старой базарной площади (1898—1910). — Л. В.

ТРАПЕЗНИКОВЫ — фамилия видных иркутских купцов 18 — нач 20 вв., внесших большой вклад в развитие экономики и культуры Сибири.

1) A . — иркутский посадский, занимавшийся предпринимательством во время работы следственной комиссии поручиком И. Турчаниновым, у него были «опечатаны пожитки» (1749) — Н. Г.

2) Трофим (1679—1745) — основатель династии, из поморских крестьян Устюга Двинской трети Рановской волости. Приехал в Сибирь и здесь женился на крестьянке д. Верхнеангарской Февронье Степановне Власовой (р. 1695). В иркутские посадские записался в 1723, сибиряками стали шестеро его детей: Матрена, Ирина, Дмитрий, Парасковья, Пелагея, Максим. Трофим был «крепким» хозяином, так как двух дочерей выдал замуж за местных купцов: Матрену — за П.П. Велослудцева, Пелагею — за В. Балакшина. Незадолго до смерти Трофим перешел в купечество (1745).

3) Дмитрий Трофимович — стал главой семьи после смерти отца. Состоял в нераздельном капитале с семьей младшего брата Максима. Братья занимались мелочной торговлей, но к 1780-му перешли в мещанство.

Состав семьи Дмитрия: жена — дочь местного казака Анна Максимовна Володаева (у. 1798); их дети: Петр, Иван, Марфа. У Максима — сын Максим. — Е. 3.

4) Петр Дмитриевич (1747—1815) — один из самых ярких представителей рода Трапезниковых. Благодаря его стараниям и активной торговой деятельности, помещению капитала в промышленность, семья вошла в первогильдейское купечество. Капитал составился на торговле пушниной, которую привозил с Камчатки, а продавал в Кяхте. Владел несколькими лавками в каменном гостином дворе и 6 лавками в Мещанском ряду, выстроил большой каменный дом. Каждый год размеры объявленного капитала увеличивались: сначала в 3-й г. более 1 тыс. руб. (1790-е), затем — более 2 тыс. руб.; потом во 2-й г. с капиталом 8 тыс. руб. (1803—1806) и, наконец в 1-й г. с капиталом 50 тыс. руб. (с 1807). Был известен как «мощная духовная сила, человек, отличавшийся непреклонностью и очень серьезным отношением к явлениям жизни». Выделялся неутомимостью в работе, умением вести со сноровкой торговые дела. Семья Петра: жена — Анастасия Ивановна (1752—1792), дети: Николай (1771-1849), Филипп (1772-1845), Андрей (1776-1860), Никанор, Константин, предположительно, Петр (1776—3830) и две дочери — Федосья (замужем за купцом Опрелковым), Екатерина (замужем за купцом Саватеевым). По 6 ревизии семья Петра насчитывала 21 человек, вместе с ним жили пятеро его женатых сыновей со своими семьями9(1811).

После смерти отца братья повели все торговые дела сообща, единым, семейством записывались в 1-ю гильдию и значились самыми богатыми горожанами, получили звание потомственного почетного гражданина — Н. Г., Е. 3.

5) Николай Петрович (1771—1849) — иркутский купец 1-й гильдии. Глава семьи, которая «торг производит разными российскими, китайскими и немецкими товарами оптом и подробно». Источником их доходов были откупа, подряды, привилегии и беспроцентные ссуды, даваемые правительством, промышленные заведения, торговля на Кяхте. Чтобы быть поближе к делу, они даже записались в кяхтинские купцы 1-й гильдии с капиталом 50 тыс. руб. (1816), но потом вернулись в Иркутск, а на Кяхте стали пользоваться услугами приказчиков и доверенных лиц из числа кяхтинских купцов. С 1830-х стали заниматься золотопромышленностью. Семьи пяти женатых братьев Трапезниковых насчитывали 11 детей мужского пола и 21 детей женского пола (1834).

Семья: жена — Тлунцева Мария Михайловна (у. 1840), дети: Петр (1793—1857); Иван (умер в 15-летнем возрасте); Екатерина (1797—1829), замужем за якутским купцом С.Г. Никулиным; Анна (1801—1805).

6) Петр Николаевич (1793—1857) — купец 1-й гильдии, почетный гражданин. Пошел по стопам отца, его имя постоянно мелькало в списках купцов-первогильдейцев, торгующих на Кяхте. Н. Бестужевым был выполнен его портрет (1829).

7) Филипп Петрович (1772—1845) — иркутский купец 1-й гильдии. В 1830-х проживал в Кяхте. Указом Сената был возведен с семейством в потомственные почетные горожане (1833).

Филипп Петрович был женат на Анне Федоровне (1794), которая после смерти мужа взяла дела в свои руки и писалась купчихой 1-й гильдии. Супруги имели 9 детей: Анисья (1795—1842), Афанасий (у. 1850), Константин, Марья, Анна (1805—1833), Иннокентий, Агния, Олимпиада, Елена (замужем за колл. советником губернского казначейства М.Г. Краснокутским).

Афанасий Филиппович (у. I860) — почетный гражданин иркутский, 1-й гильдии купеческий сын, также занимался коммерцией.

Трижды женат. В первом браке его женой была купеческая дочь Александра Ивановна Куклина (1809—1833), и от этого брака было трое детей: Александра (р. 1828, замужем за иркутским купцом П.С. Перетолчиным с приданным в 16 864 руб.), Елизавета (р. 1831), Митрофан (1833—1834). Второй раз Афанасий Филиппович женился на 19-летней купеческой дочери Евгении Семеновне Прянишниковой (1813—1838). Из трех дочерей в младенчестве умерло двое, выжила только последняя - Мария (р. 1838), вышедшая замуж за И.С. Гаевского. Третий раз Афанасий Филиппович женился на купеческой дочери Парасковье Гавриловне Векшиной. Сын Иннокентий, родившийся от этого брака, оказался «нестойким» и умер через три месяца после рождения, и наследников по мужской линии не стало. Поэтому капиталы Афанасия Филипповича перешли к иркутскому купцу П.С. Перетолчину, который был женат на старшей дочери Афанасия Филипповича - Александре. — Н. Г., Е, 3.

9) Андрей Петрович (1776—1830) — иркутский купец 1-й гильдии. На его средства была построена каменная богадельня при Харлампиевской церкви (1814). Был женат на Елизавете Ермолаевне. Дети — Аграфена и Татьяна (1806—1821). - Я. Г.

10) Гермоген (Ермоген) Андреевич — надворный советник, горный исправник золотых приисков северной части Енисейского округа. Баллотировался в члены Попечительного совета Сиропитательного дома Е. Медведниковой (1873), являлся гласным иркутской городской думы (1873—1875). Имел двух дочерей: Юлия вышла замуж за Холмовского и владела в Иркутске недвижимой собственностью — Н.г

11) Иннокентий Никанорович ( 1832-1865) – комм. советник, потомственный почетный гражданин, купец 1-й гильдии. Был одним из самых удачливых предпринимателей в роду Трапезниковых. Вместе с Базановым, Сибиряковым и Немчиновым он учредил «Прибрежно-Витимскую компанию», преобразованную затем в «К 0 Промышленности», от которой акционеры получали прибыль в размере 43 млн. py б. Различные предприятия и конторы Иннокентия Никаноровича находились во многих городах России, и его состояние оценивалось в 7 млн. руб. Один из самых известных иркутских меценатов: на его средства при Михайло-Архангельской церкви открыли богадельню для 30 чел. (1839), вместе с Сибиряковым финансировал богадельню для бедных жителей города (1879). После его смерти (1865), согласно завещанию, 2500 руб. выделялось для раздачи по 150 руб. : 14 церквям и 2 монастырям Иркутска; 10 тыс. руб. завещалось на строительство новой церкви; 600 руб. — за уплату податей за неимущих, на погребение бедных, на пособия больным; 50 девушкам и 50 парням из бедных семей выделялось пособие по 100 руб. каждому; 5 тыс. руб. было завещано сестре Александре Портновой и 3 тыс. руб. - его племяннику В. Сукачеву, а остальные передавались на строительство ремесленно-воспитательного заведения. Однако из завещания не было ясно видно, какая конкретная сумма выделялась на это заведение, что и послужило основанием для иска наследников. Возникла тяжба, которая длилась 17 лет и закончилась мировой в 1881: городу, за вычетом налогов, досталось 2 860 655, а Н. Портновой - 1 466 042, В.П. Сукачеву - 1 354 523 рублей. Кроме того, наследники обязались пожертвовать Иркутскому техническому училищу, которое открылось в 1873, еще 100 тыс. руб. В приюте имелись своя церковь, лазарет, 2 библиотеки, музей, мастерские, контора и магазин для продажи изделии, сделанных в мастерских. Всего в приюте обучалось 175 детей из беднейших семей. Деньги, пожертвованные Иннокентием Никаноровичем, позволили финансировать всю систему образования города вплоть до 1917. — Г. Н.

12) Константин Петрович (1790—1860) — иркутский купеческий сын (1830), купец 1-й гильдии. (1849), потомственный почетный гражданин. Входил в высший эшелон купеческой элиты, успешно торговал на Кяхте. Он «не только усердно продолжил дело отца, но занялся добыванием золота и, имея от двух браков детей, старался внушить им убеждение, что для сохранения своей финансовой силы надлежит вести дела так, чтобы пользоваться доходами с нераздельного капитала». Одним из первых начинает осваивать золотоносные районы Олекминского округа. Согласно легенде, этот район ему был открыт тунгусом, встретившимся на ярмарке в Жигалово со слитком золота в руках. Уже летом 1846 был заявлен прииск «Воскресенский», а в целом на р. Хомолхо из 143 разработанных им приисков 10 принадлежало Константину Петровичу на правах частной собственности и 3 прииска были арендованы у других владельцев. Затем совместно с Басниными и Катышевцевыми захватывает Ныгринское месторождение. Добыча золота началась с 1863 и уже в первый год дала высокую прибыль. Впоследствии, перейдя во владение его детей, прииски в связи с объявленной несостоятельностью фирмы «Братья Трапезниковы» были проданы Ратькову-Рожнову, «К Промышленности» и «Прибрежно-Витимской Ко», в казну.

Являлся иркутским гор. головою (1847—1850). «Был известен своими пожертвованиями». Среди наиболее крупных: пожертвования на постройку и поправку тротуаров (1858); на украшения золотыми ризами неон Кафедрального собора и ремонт самого собора (1859); на украшение ризою в 25 ф. из чистого золота иконы Знамения Божией Матери, подаренной Иркутску из Абалацкого монастыря Тобольским митрополитом; передано на благотворительные нужды 10 тыс. руб. сер. (1859). Его именем была названа Сиропитательно-ремесленная школа (1866). «Из всех коренных местных жителей ближе всех был знаком с М.М. Сперанским» в бытность его в Иркутске. В доме купца бережно хранили письма генерал-губернатора. Он даже подал прошение (1848) о занесении его семейства в Бархатную книгу для записи знатнейших родов российского купечества. Переписка шла несколько лет, и, в конце концов, Константин Петрович получил ответ, что «удовлетворить его ходатайство не представляется возможным», так как не было еще прецедента. Был дважды женат. От первого брака с Екатериной Лаврентьевной (1796—1830) имел детей: Александра (р. 1821); Варвару, вышедшую замуж за М.А. Сибирякова; Ольгу, вышедшую замуж за Сумкина. От второго брака с Зинаидой Ивановной (у. 1877) имел детей: Сергея (1842-1893); Петра (1845-1846); Федора (р. 1846), который поступил в университет и начал изучать медицину, а после окончания учебы стал лектором медико-хирургической академии; Максима (у. 1892), который стал офицером-кавалергардом, но прожигал жизнь, сорил деньгами, «расстроил здоровье до психической ненормальности»; Андрея (1854—после 1916), занявшегося живописью и уехавшего в Крым, где купил себе дом; Марию (1856—1859); Анну, вышедшую замуж за полковника Рейна; Екатерину, вышедшую замуж за генерала Тимрата. Дело отца продолжили лишь Александр и Сергей. — Н. Г., Е. 3.

13) Александр Константинович ( 1821—1895) — иркутский купец 1-й гильдии, потомственный почетный гражданин, комм. советник. В начале 1860-х переехал на постоянное местожительство в Москву, где развернул обширную коммерческую деятельность. Обладатель крупного торгово-промышленного капитала, значительная часть которого вкладывалась в золотопромышленность. Был в числе соучредителей «Прибрежно-Витимского товарищества» (1865), владел приисками по pp . Вах, Горбыли и в Олекминского окр. По завещанию своей умершей тетки А.Н. Портновой получил 50 тыс. руб. (1890). Учредитель и глава т/д «А Трапезников и Ко», который купил участие П.Т. Ширкова в пароходстве Обь-Иртышского бассейна за 150 тыс. руб. (1894). Двумя годами позже выступил вместе с И.Н. Игнатовым инициатором создания единого «Западно-Сибирского товарищества пароходства и торговли». Соглашение было подписано на Ирбитской ярмарке (1896), устав утвержден в 1898, и на следующий год товарищество начало свою деятельность. Правление находилось в Тюмени. Александр Константинович принадлежал 951 пай на сумму 433 129 руб. Крупный владелец недвижимости в Иркутске; обладатель многомиллионного состояния.

«Готовый всегда, по мере средств своих, участвовать в удовлетворении нужд родного мне города», был гласным городской думы (1885—1897), был доверенным думы в Москве; член общества для оказания помощи учащимся в Восточной Сибири; член иркутского благотворительного общества. Решением иркутской городской думы удостоен звания почета гражданина (1886).

Был известен как щедрый благотворитель и меценат: жертвует деньга на строительство часовни Спасителя в память о чудесном избавлении императора 4 апреля 1866; на развитие Знаменского женского и Вознесенской монастырей - 3 тыс. руб. (1866) и детского сада (1871); на строительство Томского университета - 110 тыс. руб. (1880); Казанской церкви в Рабочей слободе Иркутска - 3 тыс. руб. (1886); пострадавшим иркутским погорельцам — 10 тыс. руб. (1879); жертвует городу на развитие сети народных училищ 80 тыс. руб. (1888); переводит 3 тыс. руб. на строительство каменного здания театра. Был награжден орденом Анны 2-й степени (1885).

Проявлял значительный интерес к своей родословной, издав на свои средства составленную И.Н. Николаевым книгу «Иркутск. Материалы по истории города 17 и 18 вв.» (М., 1873). — Н. Г.

14) Сергей Константинович (1842—1893) — иркутский купец 1-й гильдии, потомственный почетный гражданин. После окончания иркутской мужской гимназии «предпочел заняться практическими делами своих родителей»: продолжил разработку золотых приисков в Олекминском округе; приобретает казенный Николаевский железоделательный завод за 212 800 руб. (1864) и совместно с братом Федором Константиновичем проводит капитальную его реконструкцию, затратив на это более 1 млн. руб. Однако отсутствие опытного механика и незначительность продукции заставили его продать завод купцу Лаврентьеву за 100 тыс. руб. (1870). Совместно с Федором Константиновичем приобрел у купца И.С. Хаминова пароход (1870), затем лодку у купца Пермикина (1875), перестроив ее в один из первых пассажирских пароходов на Лене — «Константин». Занимался разведением лошадей и на выставке в Иркутске получил за них золотую медаль (1869). Приобрел у купца П.П. Баснина 17 паев золотопромышленного «Ленского товарищества» (1874) и получил 24 пуда золота (1877). Однако неправильная организация приискового дела, незаконные действия приисковой администрации, а также пожар 1879 нанесли непоправимый удар по благосостоянию. Кризис довершился привлечением вместе с Федором Константиновичем к судебному разбирательству (1893) по обвинению в присвоении и растрате имущества и капитала по опеке брата Михаила Константиновича в сумме 611 244 руб. В результате разорился и умер почти в нищете в Москве. Его наследником был определен его младший брат — Андрей.

Современники отзывались о нем как «веселом и общительном человеке, располагающем к себе горожан... Вспыльчивый, но добрый, Сергей Константинович проявлял полнейшую гуманность ко всем, кто от него зависел... Он не любил выслушивать, что не согласовывалось с его взглядами или привычками и раздражался, если кто-нибудь решался высказать ему что-то вроде критики».

Был известен своей общественной деятельностью и «отзывчивостью к нуждам города», член губернского комитета попечительства о тюрьмах (с 1865); член общества попечения о больных и раненых войнах (с 1869); член комитета по устройству в Иркутске часовни во имя Спасителя (1866); член епархиального комитета миссионерского общества (с 1871); член общества подаяния помощи при кораблекрушении (с 1873); выступил одним из организаторов пожарного общества. По выбору городского общества служил церковным старостой при Никольской церкви железоделательного завода (1865—1871); почетным блюстителем при Иркутском училище девиц духовного звания; директором иркутского отделения Попечительства о тюрьмах (с 1874); церковным старостой Кафедрального собора (1871—1875); баллотировался в попечители Технического училища (1873, 1885) и в попечители Сиропитательного дома Е. Медведниковой (1878). Исполнял обязанности гор. головы (1871—1873), но был вынужден уйти с поста после обнаружения крупной денежной растраты, совершенной одним из его сослуживцев; бессменный гласный думы (с 1885).

Отличился при тушении пожара в Иркутске летом 1879, когда он вместе со своим братом Федором Константиновичем, бросив охранять свои дома от пожара, устремились со своей пожарной машиной и людьми на спасение города. Широко жертвовал, в среднем тратил в год на различные благотворительные нужды около 7 тыс. руб. Среди наиболее крупных пожертвований: открытие при железоделательном заводе школы для обучения грамоте и ремеслу рабочих; отчисления на реальную прогимназию; на развитие Знаменского и Воскресенского монастырей; пострадавшим от наводнения; на строительство здания театра и т. д. Был награжден орденом Станислава 3-й степени (1870); за пожертвования в пользу общества подачи помощи при кораблекрушениях получил в знак признательности портрет цесаревича (1873).

Женат на Елизавете Константиновне (у. после 1893), бывшей классной даме Иркутского Девичьего института, «женщине всеми уважаемой за ее солидные взгляды на жизнь и основательное образование, полученное ею чуть ли ни в иностранном семействе (была из рода Михельсон)». Разделяла с мужем интерес к общественной жизни: значилась в числе членов Попечительного совета женской прогимназии, жертвовала в женское отделение губернского тюремного комитета. Предположительно, дети: Николай (у. 1913) и Константин (р. 1893).

15) Федор Константинович (1846—после 1907) — иркутский купец 1-й гильдии, потомственный почетный гражданин, колл. ас. (1882). Окончил иркутскую мужскую гимназию, а уже «в зрелом возрасте поступил в университет изучать медицину, а затем стал лектором в медико-хирургической академии зимой, а летом практиковал на Кавказских минеральных водах».

Владелец городской недвижимости: ему принадлежал дом по ул. Большой, сдававшийся в аренду т/д «Пономарева, Кулаева и Ко» (1876). Крупный золотопромышленник: имел прииски в Олекминском округе, приобрел совместно с Сергеем Константиновичем у П.П. Баснина 17 паев золотопромышленного «Ленского товарищества» (1874). По завещанию тетки А.Н. Портновой получил 5 тыс. руб. (2891). Один из учредителей и совладельцев фирмы «Братья Трапезниковы», стоящей в конце 1880-х на грани банкротства и объявленной несостоятельной в 1893. Распродал основную часть принадлежащих ему приисков. Назначен в 1877 вместе с Сергеем Константиновичем опекуном над имуществом и капиталами Михаила Константиновича и привлечен в 1893 к суду за присвоение и растрату 611 244 руб. из опекунского капитала.

Являлся бессменным попечителем Реальной прогимназии (с 1865), позже — Технического училища (с 1874), пожертвовав на него более 50 тыс. руб.; член-распорядитель комитета благотворительного общества (1865); почетный член общества для оказания пособия учащимся в Восточной Сибири (1898); баллотировался в члены попечительного совета Сиропитательного дома Е. Медведниковой; выступил организатором создания пожарного общества (1881) и передал в дар городу свою пожарную машину.

Состоял по выбору гласным городской думы (1875—1877, 1885—1889); баллотировался на должность гор. головы (1876); вошел в состав депутаций иркутян для возложения венков ко гробу Александра П (1883); для возложения венков на гроб Александра Ш (1894); избран ассистентом городского головы В.П. Сукачева на время присутствия на коронационных торжествах в Москве (1896). Особо отличился при тушении пожара в Иркутске в 1879.

16) Андрей Константинович (1854—после 1916) — иркутский купец 1-й гильдии, потомственный почетный гражданин. Представитель и совладелец фирмы «Братья Трапезниковы», вкладывал значительные капиталы в золотопромышленность. Во время объявления банкротства т/д активно отстаивал его права в судебных инстанциях и перед губернской администрацией. Получил по завещанию тетки А.П. Портновой 60 тыс. руб. (1891).

В кон. 19 — нач. 20 вв. отходит от коммерции и уезжает в Сочи, где владел городской недвижимостью. Проживал также в Петербурге, периодически наведываясь в Иркутск. Долгое время состоял членом Общества для оказания пособия учащимся в Восточной Сибири.

Меценат. Активно приобретал полотна русских и зарубежных художников (этюды Иванова, картины Корзухина, Горавского, акварели Примаццу и т. д.). Долгие годы был в дружеских отношениях с художником А.Г. Горавским, у которого брал уроки живописи и помогал ему материально. В одном из писем к П.М. Третьякову художник отозвался об Андрее Константиновиче как о «высшей степени нравственно примерном человеке» (1877). В связи с крахом фирмы «Братья Трапезниковы» часть коллекции, возможно, была куплена Третьяковым.

17) А. П. — петербургский банкир, покончивший жизнь самоубийством, прогорев на спекуляциях с акциями «Лензото» (нач. 20 в.).

18) Иаков — один из возможных родоначальников именитых богатых иркутских купцов. Прибыл в Иркутск из Вологды во второй половине 17 в.

19) Илья — иркутский купец, получил благословение Синода «За усердие по храмам Божиим» (1866). — Н. Г.

20) Иннокентий Григорьевич — иркутский купец 2-й гильдии. Владелец магазина церковной утвари, скобяных и галантерейных товаров по ул. Пестеревской, 5 (1908); имел жилой дом на Харлампиевской ул. (1897—1916).

В течение двух сроков избирался церковным старостой Спасской церкви. За годы службы истратил на нее более 4 тыс. руб. Пожертвовал 5 тыс. руб. на строительство новой ограды вокруг нее (1880-е). — В. 3., Н. Г.

21) И. К. — иркутский предприниматель, являлся гласным городской думы (1894-1897). - Н. Г.

22) Иннокентий Филиппович — иркутский купец 1-й гильдии, потомственный почетный гражданин. Женат. Дочь - Варвара (р. 1846).

23) Иоанн Дмитриевич (1751—1798) — иркутский мещанин.

24) Константин Петрович — владелец городской недвижимости в Иркутске — ему принадлежал дом по ул. Лагерной (1904).

25) Константин Сергеевич (р. 1873) — иркутский купец 1-й гильдии, потомственный почетный гражданин. По завещанию двоюродной тетки А.П. Портновой получил 5 тыс. руб. (1891).

26) Константин Филиппович — иркутский купец 1-й гильдии. (1849), потомственный почетный гражданин. Избран кандидатом по городской голове (1847—1850).

Женат. Имел дочерей: Марию (1832—1845), Анастасию (р. 1846) и, предположительно, Евдокию (1813—1828).

27) Никанор Петрович (1786—1847) — иркутский купец 1-й гильдии, потомственный почетный гражданин, комм. советник. Вел обширные коммерческие дела на севере Якутского края и на Кяхте.

Служил иркутским гор. головою (1835—1838). Был известен как щедрый благотворитель. Его именем было названо Ремесленное училище, построенное на средства его сына Иннокентия Никаноровича.

Любитель живописи, владелец небольшой коллекции картин, среде которых полотно французского живописца 17 в. Н. Пуссена «Избрание апостолов», копии акварелей Н. Бестужева и др. Желая сохранить облик предков и последующих поколений, Никанор Петрович содержал в доме эконома Н.А. Климова, который исполнял не только общий надзор за хозяйством, но и был еще домашним живописцем.

Был женат на Парасковье Степановне (1791—1891), имел детей: Александру (1813—1891), в замужестве Портнову; Аграфену (1820—1850), вышедшую замуж за потомственного дворянина, надворного советника П.П. Сукачева (1857) и др.

28) Никифор — иркутский купец сер. 18 в., «торговец и мореход предприимчивый». С 1745 участвовал в морских промыслах на Тихом океане. Совместно с Е. Басовым, сержантом команды Охотского порта, и др., снарядил ряд экспедиций, радиус действия которых был ограничен Командорскими и Ближними Алеутскими островами. Впервые высадился на о. Атха (1749): именно его судно привезло ценные сведения об открытых им островах Умнак и Уналашка и их жителях (1762). Последние плавания в 1764—1768 были для него неудачными, и после гибели трех судов он не смог расплатиться с кредиторами, разорился и умер.

29) Н. С. — предприниматель, проживавший в Усть-Куте; член иркутского общества земледельческих колоний и ремесленных приютов (1898). — Н. Г.

Краткая энциклопедия по истории купечества и коммерции Сибири. Т.4, кн. 2. Новосибирск, 1998, С. 6-13.

Может быть, связь Натальи Шелиховой и Трапезникова -- художественный вымысел, но вот, что сообщают краеведы Великого Устюга http://www.v-ustug.ru/books/ZP/43.html

Внезапная смерть Григория Ивановича Шелихова 20 июля 1795 года внесла значительные перемены и в жизнь Михаила Матвеевича Булдакова., Управление компанией перешло к вдове Шелихова Наталье Алексеевне, женщине волевой, много путешествовавшей со своим мужем, внучке богатого иркутского купца Никифора Акинфиевича Трапезникова, выходца с Северной Двины, из деревни Ульяновской Ракульской волости Великоустюгского уезда. Надо сказать, что управление велось успешно. В этом деле Наталья Шелихова опиралась на помощь людей, работавших при жизни мужа, а также на помощь зятя — мужа старшей дочери Анны Николая Петровича Резанова, дворянина, человека блестяще образованного, работавшего обер-секретарем сената, состоявшего в должности корреспондента торговой компании и имевшего доступ к царскому двору.

Отец – Каллист Иннокентьевич, дед – Иннокентий Константинович Родился Георгий Каллистович в 1900 г. в Соболево, Родители неграмотные, сам получил начальное образование, а потоми закончил трехгодичные куосы политшколы в Соболево. Отец под началом Сотникова и Кузьмина охранял западную Камчатку от японцев. В 1910 г. начали строить в Соболево телеграфную линию. Руководил работами Гутман. В 1913 году приехали два рыбопромышленника – стали принимать у населения рыбу. 1 горбуша – 1 копейка. У них покупали муку, чай, сахар. Работали бригадами по 10 человек, заработок 200 – 250 рублей. Жила в маленьких шалашах. Через год эти рыбопромышленники обеспечили рыбаков бараком и кухней. Повысилась и цена – 1 [ch189] копейки за 1 горбушу. Примерно в 1914 году приехал из Явино торговец Северин Карлович Карлсон. Через год пришел американский пароход с продуктами и мануфактурой. С тех пор в его лавке можно было купить чай, сахар, муку, оружие, капканы. После установления Советской власти в Соболево организовали кооперацию.. Инициатор – Савва Макарович Самборко. В 1923году пай 25 рублей. Члены правления: Владимир Семенович Спешнев, Диомид Васильевич Трапезников, Петр Васильевич Спешнев, Савва Макарович Самборко и Георгий Каллистович Трапезников. Председатель – В.С. Спешнев, заместитель – Г.К. Трапезников, руководитель торговым отделом – С.М. Самборко. Купили под магазинчик небольшой домик. Скупали у населения пушнину, мясо и обменивали первые годы на продукты и мануфактуру, которую привозили американцы. Когда в Петропавловске организовался «Интегралсоюз», то стали работать с ним. В.С. Спешнев умер и Г.К. пять лет руководил кооперацией. В расчетах помогал секретарь парторганизации Александр Гаврилович Носырев. Потом появился счетовод и бухгалтер. Открыли отделение в Иче и Пымте. Позднее на побережье была создана рыболовецкая артель, подчиняющаяся «Интегралсоюзу». В ней состояли села Соболево, Русь, Брюмка. У артели было правление из 7 человек. Петр Иванович Панчу заведовал рыбным отделом – был уполномоченным по отправке рыбной продукции, сдавал рыбу в город, закупал продукты и мануфактуру. Мастер по приготовлению икры – Лупандин Алексей Васильевич. Секретарь – Александр Петрович Колов. Рядовые члены правления: С.М. Самборко, П.В.Спешнев, К.В. Трапезников, Г.К. Трапезников. Артель имела морской невод, лебедку, один катер, моторную лодку, два больших грузовых кунгаса, поднимающие до 100 центнеров рыбы. № больших барака и три столовые. Во всем обходились своими силами. Сдавали 25-30 тысяч центнеров рыбы. В путину работали семьями. Позже вышестоящая организация ДИОС (Владивосток) дала распоряжение открыть рыбный промысел кооперации, ей сдала все артели, а через год кооперация передала промысла АКО. Первые колхозы создавались в Соболево, Брюмке, Руси. Первый председатель колхоза «Пионер Запада» -- Владимир Степанович Спешнев. Жили в палатках. Доходы были маленькие. Через год председатель – Константин Александрович Слободчиков. В 1933 г. – председатель Георгий Каллистович Трапезников. В этот же год директор рыбокомбината им. Кирова Иван Трофимович Ковтун. ОН помогал колхозу и из сезонников 30 человек вступили в колхоз, который обеспечивал рыбокомбинат с/х продуктами: свинарь Степан Баулин, ст. животновод Леонид Зуев. Построили для сезонников жилье. Выстроили новый свинарник. Заведующая фермой – К.Л. Слободчиков Секретарь комсомольской организации колхоза – Иван Уксусников. Росло поголовье кр. рогатого скота с 10 в 1933 до 217 в 1936 г. Заготавливали силось. Построили два скотника. Полевод В.Н.. Спешнев. Старый С.М. Самбоко сам выращивал овощи в парниках, помог наладить это дело в колхозе. В 1935 г. с га собрали 12 тонн картофеля. Доярки: Федора Януарьевна Спешнева, Елена Кривогорницына, зав. Животноводческой фермой Кришенко, охотник, бригадир по учету трудодней Иван Николаевич Спешнев. Заместитель председателя – Иосиф Януарьевич Спешнев. Бригадир рыболовецкой бригады – Василий Януарьевич Спешнев. В 1936-1937 гг. колхоз стал миллионером. Старейшие жители Пымты – Анна Ивановна и Егор Тарасович Матюшовы. Ю.В. Толстихин – капитан сейнера в Устьевое
«Рассвет», 1981 г., 24 февраля