Лариса, давай вспоминать дальше.

Поворот направо по Советской за больницей, если идти от реки, это поворот на улицу, где жила моя бабушка (кажется, Партизанская, не помню). За больницей было здание больничной кухни затем дом Никаульниковых (Володя учился на год старше, а сестра у него была уже взрослой), дальше домик моей бабушки Ульяны Пьяновой (там жил и дядя Володя, который дружил с Машкиным, кстати Севтцовы, как мне сказала Ольга, тоже из рода Машкиных), затем шел маленький дом, в котором жила бабушка Паши Степанова, моего одноклассника, но они там тогда поселились недавно -- приехали из Березового Яра, и затем шел большой деревянный дом на двух хозяев. Дальше был переулок.

Это с правой стороны. А с левой -- большой дом стариков Рубинских. Дед умер, когда мне былло лет десять, а бабушка гулял по улице с маленькой собачкой на длинной веревке (и это было так дивно для нас -- дама с собачкой). Она выращивала прекрасные удивительные цветы. Мы вечно заглядывали к ней во двор через щелки в заборе. Это была высокая худая женщина, как мне казалось, несколько высокомерная, хотя я ее совсем не знал. Мы ее почему-то побаивались. За Рубинскими жила старая камчадалка, по моему какая-то родственника Славке Поморцеву. Тетя, что ли. Затем был большой двор Мутовиных-Пирожковых. Тетя Шура Пирожкова была одной из героинь моего фильма о деревне -- "Я родом из Японии". Возможно, ты училась с Колей Пи рожковым: его нельзя забыть -- он припадал на одну ногу и ходил, как уточка, сильно качаясь. У него был еще и младший брат Сергей.

А на углу, перед переулком был небольшой домик. Там жили мать с дочерью (не могу вспомнить фамилию, хотя и знаю).

Если вы жили в этом месте, то тогда это или домик за моей бабушкой, или следующий, но он двухквартирный. Впрочем, я в деревне с 1959 года и не знаю, когда приехали Никульниковы и те мать-с-дочерью, что жили на углу.

Так что вспоминай, Лариса.

Все. Сразу не обратил внимание. Слева второй большой дом -- получается, что это дом, где жила старушка-камчадалка (помню квартирантом у нее был-жил ветеринарный врач).

А может вы в доме, где Никульниковы, жили? Дом большой, но справа и второй, если считать больничную кухню.

Может кто подскажет?

А по Советской проще. Там бревенчатый (как и у нас, на Артиллерийской) двухквартирный дом был один. И стоял он напротив новой школы. В одной половине жили Гранины (Оля училась со мной с первого класса). Налево от него стоял небольшой домик, затем тоже двухквартирный бревенчатый, но это уже была улица Артиллерийская и в этом доме жили Светцовы.

А с права от Граниных был домик, где была почта, затем шел магазин, напротив магазина кинотеатр "Восток" (одна киношная будка от него осталась).

Бревенчатых домов двухквартирных на Советской я больше не помню. Получается дом, где с одной стороны жили Гранины, а с другой вы.

Кстати, Лариса, а какая девичья фамилия --- и вообще были еще родственники в деревне, на Втором заводе. Может мы по ним и разберемся с тобой?

Сегодня я хочу посвятить вечер воспоминаний Ирине Борискиной, как первой их моих одноклассников-сверстников, кто рискнул не просто читать то, что написано о деревне и нашем детстве, но и рискнул ответить. Я прекрасно понимаю, насколько это сложно переступить ту грань, когда понимаешь, что не нужно стесняться своих воспоминаний, не нужно стесняться своей памяти, не нужно думать, что это все что ты помнишь, ничтожно и мелко по сравнению со всем остальным громадьем нашей жизни. Чушь сробачья. Самая высшая часть того мира, который мы помним -- этот самый мир с нашим непосредственным участием.

У меня вот недавно произошла встреча с ребятами, с которыми я подружился 50 лет назад на Втором заводе (см. тему "Второй завод"). Так вот эта встреча -- это целый мир ассоциаций, который был во мне в каком-то каматозном состоянии. А теперь, когда я многое вспомнил -- и мир стал богаче.

Это свое предисловие я адресую Ирине Борискиной (Ира, извини, забыл твою нынешнюю фамилию), которая подхватила вместе с Ларисой Малышевой призыв о создании нашей виртуальной деревни-- воссоздании нашей собственной памяти о нас самих.

Ирина, вспомнила еще несколько фамилий, а вместе с этим воспроизвела, в том числе, и в моей памяти образы людей, с которыми я не виделся и не общался много-много лет. Вспоминается очень хрупкий образ Оли Вейс. Это был параллельный класс, я многих мог и не знать, но, тем не менее, кое кого вспоминаю. Правда, в 8 классе я был их, так как дружил с Верой Медведевой и моим "соперником" Толей Долговым -- так что и этот класс был моим.

Я хочу напомнить о Людмиле Одуваловой, друге моего детства, семья которой проживала тоже на Артиллерийской. Она живет в Петропавловске,на остановке Госпиталь, перед СРВ. В свое время она приглашала меня в гости, по-моему на 25-летие сына. Они ждали меня, как человека, а я приехал за рулем, наверное обиделись (ведь это было единожды в жизни) и больше меня в гости не приглашали. Но это мелочи -- разберемся, свои люди. Людмила осталась одна -- от их многочисленной одуваловской семьи, если кто помнит, никого, кроме Люды, не осталась. Лева утонул на Тахирке, когда мы еще были маленькие, но нет в живых и кудрявой Лариски -- она была гораздо младше нас.

Я не помню, Ирина, Люда училась с тобой? То, что она училась в параллельном классе, я помню, а вот училась ли она при тебе?

Хочу восстановить для тех, кто читает наш форум, или кто захочет потом пообщаться с нами, твой образ, оставшийся на всю жизнь в моей памяти. Уточню -- я никогда не был влюблен в тебя, так как мое сердце было уже занято (как я помню, оно постоянно было занято лет с шести от рождения). Так вот образ (Ирина, прости) -- это одна из юных мадонн кисти Рафаэля: черноокая (может быть, казалось), большеглазая, черноволосая с толстой косой, румяная (ой, какая румяная -- прелесть!!!), крепкая, пышущая здоровьем, весельем и счастьем.

По-моему, в своем классе ты была заводилой. Но в активе была точно.

В 9-м классе нас соединили, так как на выпуск готовилось только 16 человек. Кстати, в перечне своего класса я забыл еще одну свою одноклассницу, с которой учился с первого класса -- Галю Каткову (ее мать работала в кинотеатре - пропускала нас в зал).

Мы всегда делились, с первого класса на три группы, -- те, кто пришел из детского сада (Витя Ляхов, Саща Тарасов, Оля и Люда Гранинины), беспризорные (типа меня, которого в 1959 году вывезли из Вывенки, Вовки Добровольского и других) и дети военных (которые менялись два-три года, но остались в памяти нашего детства, как и Ирина Борискина, и Толя Долгов, и Володя Марусич, и Слава Гусев...).

Из нашего "Б" класса набора 1961 года (классная руководительница Тамара Семеновна Чистякова) были мы с Валей Иващенко, Валя Суркова, Люба Артамонова, двоюродные сестры Гранины (Оля и Люда), Витя Ляхов, Саша Тарасов, Вера Суконщикова, Юра Иванов, Галка Каткова, Галка Глущенко, Юра Хомяков.

Позже приходили и уходили, или оставались -- Саша Чистяков (сын нашей классной руководительницы Иды Ивановны Чистяковой), Полина Ушенина (со Второго завода), Володя Махотин, по-моему, учился год с нами Юра Селезнев, Юра Иванов (из рода Добровольских).

Но на переломе перехода в 9-й нас осталось 16 человек из двух классов. Я не помню, когда уехали Борискины. Ирина подскажет.

Надеюсь, что со многими из нашей школы произойдет виртуальная (то есть мысленная встреча) уже скоро. На связи самый старший из Ляховых -- Валерий, который, надеюсь, тоже поделится тем, что помнит он. Читают материалы нашего форума и другие устькамчатцы -- счетчик посещения быстро возрастает.

Давайте вспоминать, дорогие мои земляки. Это ведь наше общее богатство, которое НИКОМУ, кроме нас самих не нужно, но без которого мы -- НИЩИЕ ДУХОМ.

Письмо от Валерия Ивановича Ляхова (через "Одноклассников"): В 1936 г.старший брат отца получил 10 лет выселки с пораженим прав с проживанием на Камчатке. После войны в 1949 г. он вызвал на Камчатку отца с братом, работая секретарем райкома, мама приехала в это же время с родителями по вызову брата. До проживания в Черемушках мы жили на ул.Колхозной рядом с райкомом, на этом месте берег реки.

Это я спрашивал его о Черемушках -- там они жили, когда мы учились с его братом Виктором в одном классе. Я помню райком партии, который находился в центре Усть-Камчатска -- на выходе из парка, если идти со стороны реки. Дальше за ним стоял единственный в деревне двухэтажный дом, на втором этаже которого жил мой дядя Володя с женой теть Тоней и маленькой Любой. Напротив райкома потом выстроили большой бетонный Дом Культуры, в котором однажды выступал цыган Вася Васильев, а до него -- какой-то гипнотизер, как тогда говорили Мессинг. Дом Культуры выходил уже на Советскую улицу и, если стоять лицом к улице, то направо, через проулок была музыкальная школа, прямо через улицу был дом дяди Бори Глушенко, а левее -- универмаг, с правой стороны -- амбулатория и больница (точнее, две больницы, внутри двора была больница для туберкулезников).

Колхозную я не помню. Колхоз еще застал (до его окончательного переезда на Первозаводскую косу) -- там потом располагался госпромхоз (это по берегу реки за магазином "Голубой Дунай", минуя улицу Рябикову -- по моему).

Вот улицы, которые были в деревне. Вообще было бы здорово начертить план, но у меня с черчением не шибко. Был бы жив Витя Кузнецов, он бы быстро начертил.

Итак, улицы. В той последовательности, в какой я помню. Прошу поправить.

Центральная улица -- Советская, от реки и на выход из деревни в сторону Второго завода. Самая длинная улица на моей памяти.

Параллельная Советской -- улица Рябикова. Тоже начиналась от реки и соединялась с Советской в районе кинотеатра "Восток".

Первая (от конца Советской) перпендикулярная ей дорога -- Артиллерийская. В принципе, по ней можно было дойти до Монастырского моста, но заканчивалась она, по-моему, на углу, образованному с одной стороны домом Поздеевых , а с другой стороны -- домом, где позже жили Сурковы (угол Селезневы-Сурковы).

Далее шла тоже большая самостоятельная улица, параллельная Советской. Не знаю даже, как она называлась, но помню, кто жил.

Угловой дом Поздеевых -- потом Белобородовы -- потом Маренковы -- дальше не помню. И где-то дальше, через проулок -- дом Полудиных, который они купили у дяди Гани Кузнецова и дом Голых (тоже камаковские, родственники Кузнецовых)

Напротив Маренковых, кажется, бревенчатый двухквартирный дом, как у нас, в одном подъезде жила еще одна моя одноклассница Валя Фокина с сестрой (сестрами?) и матерью, потом шел большой, наверное 8-квартирный дом, здесь жил кто-то из старших Заичкиных.

Этот дом снова упирался в улицу, которая была, наверное, продолжением Артиллерийской. Посередине стоял почтовской дом (почему почтовской? Наверное народ с почты получал здесь квартиры)

А через дорогу стоял большой дом, в котором жил какой-то знаменитый рыбак и шла длинная улица, которая выходила на дорогу, ведущую к Монастырскому магазину. Название тоже не помню. Где-то ближе к концу этой улицы жил Толик Коротков.

Параллельно ей шла еще одна дорога, где, с одной стороны, жили Швидкие, а с другой Швайковсие, Медведевы-Тереховы, теть Поля Мишина (это уже у моста) и дажее эта улица тянулась вдоль протоки, ведущей на перешейки, где мы купалисб, в сторону тундры и колхозного поля. Там где-то жили Кириченко (которые, кажется, Анатольевичи). Как называлась эта улица я тоже не знаю.

Параллельно, начинаясь с брака 8-квартирного, о котором я уже говорил, шла еще одна улица, уходящая в тундру и параллельная также той, на которой жили Белобородовы-Маренковы и Фокины. За бараком стоял дом Шевец (Серега сейчас живет в Раздольном), а дальше я не помню...

Пропустил еще одну улицу, но зато помню ее название -- ул. Кирова.

Перед этой улицей, которая под углом врезается в Артеллерийскую в районе дома Заичкиных- Бурдуковских огромная пустошь, слева какие-то большие склады под гофрированным железом (мы там любили грать), заем конюшня, маленький чей-то домик, а потом дом Зыряновых, с которой, собственно, улица начинается (а может продолжается, так как мимо Заичкиных - Бурдуковских можно идти по проулку до самой реки -- это еще одна улица, параллельная Советской, слева, за Заичкиными следовала электростанция и баня. Справа ничего не было -- какое-то озерко, а за ним дом Одуваловых.

Но вернемся на Кирову, чтобы закрыть полностью тот район деревни, который прилегал к Монастырской стороне.

Напротив Зыряновых был четырехквартирный старый барак (здесь и мои дед с бабушкой недолго жили, переехав со Второго завода, здесь жили Ахметовы-Алексевичи -- Галка, Юра, Сергей, дядя Боря, который вечно чинал на рыбалках сети).

За ними был домик, где жили Чистяковы -- такой аккуратненький, небольшой, потом что-то было не помню, а дальше дом Масляковых.

С левой стороны тоже шел ряд домов, но сколько и кто жил не помню -- заканчивалась улица четырехквартирными домами для офицерских семей. А дальше была тундра.

И большой ряд домов шел вдоль болота: Добровольские, кажется, Минины (?), еще кто-то, потом дом, где жили Мельниковы (а до них муж с женой из госпромхоза), затем шли сначала бревенчатые двухквартирные дома, а завершался ряд тремя, кажется, домами на 4-х хозяев. В предпоследнем жили Ивановы (Медведевы) с девчонками, а в последнем -- Метевские и Соколовы.

И, наконец, в тундре, рядом с колхозныи городос мтояли еще два (?) дома, в одном из которых жила моя одноклассница Лиля Павлова.

Слушайте, какое большое было у нас село!

Надо передохнуть.

Пообещал назвать улицы, а сам стал бороздить по просторам Вселенной...

Итак, Советская, Рябикова, Артиллерийская, Кирова, Партизанская (это возле больницы, где жили Пирожковы-Мутовины и моя бабушка Ульяна Демьяновна), Первомайская, Гвардейская, имени Крупской, Набережная, Пушкина, Колхозная (это где первоначально жили Ляховы), Красноармейская, Октябрьская, Левченко, Северная, Заозерная, Озерная, Тундровая.

В принципе, мы рассмотрели целый сектор деревни, ограниченный с одной стороны улицей Советской и Партизанской (точнее, бабушкиной, а то может быть я ввожу своих земляков в заблуждение и путаю). Но по бабушкиной дороге нам нужно дойти до реки, чтобы завершить обзор этого сектора -- мы идем от Советской, поворачиваем возле больницы и дома Рубинских (здесь мы уже были), поэтому доходим до деревянного тротуара и потопали в Монастырский магазин. Проходим переулок и идем прямо до поворота налево. Минуем порядочное количество домов, но вот дошли до дома Суконщиковых, дальне с этой (левой) стороны два бревенчатых двухквартирных дома (я бы сказал "вахринских", так как у нас был точно такой же и он есть на снимке).

Между Суконщиковыми и (вспомнил!) Петровыми еще один переулок, который ведет от бани-пожарки в сторону реки.

А баня-пожарка это ведь тоже часть улицы, которая ведет от кинотеатра-магазина до Родионовых-Чижевкских.

Напротив пожарки стоял "вахринский" дом где жили Примаковы (дядя Илья, Вовка), а с другой стороны позже Василий Терентьевич и Галина Константиновна Медведевы, когда они покинули, наконец, самыми последними Камаки.

А напротив бани стоял бревенчатый домик, в котором позже жили, опять же, Ляховы.

И улочка от дома Ляховых через кого-то до Петровых, через Бабушкину (наверное Партизанскую) вела в сторону Шишкиных, Староверовых (кажется) в сторону реки (там я плохо помню).

Но вот, наконец, (мне бы Сусаниным работать) мы дошли до поворота налево к Монастырскому дому. Напротив -- опять же "вахринский" дом, где с одной стороны жили Марковы (Серега).

И здесь снова образовывалась улица со стороны пожарки - и еще одного углового дома, который стоял еще на одной улочке, которая начиналась от нашего дома Артиллерийская 16 -- Артиллерийская 18 (Кузнецовы) -- Тершуковы -- Поповы (слева) и большой угловой дом справа (между ними еще пару домов).

Но вернемся к той улице, началом которой был дом Марковых и пойдем по ней в сторону реки -- проходим дом, где жили Кочерго (Володя тоже учился немного со мной), еще чей-то дом, потом Хомяковы, а напротив Матвеевы, дальше были еще дома, но не помню, не хочу вас путать.

Все, тот район мы разобрали. И подошли к Монастырскому магазину. У нас осталась улица, где жили Нестеренко (потом Гайниченко).

И улица, где жили семья дяди Степана Гранина.

И, кажется, других улиц больше не было. Может быть, и были, но их давным давно смыло, еще когда мы были маленькими.

Большой поселок был и на Монастырских буграх. Я помню там жил старик камчадал Мутовин. Это по первому порядку, у протоки.

Всего, кажется, было три порядка домов. В третьем, на самом бугре жили Артамоновы, а ближе к зверосовхозу -- Михалевы --"карасята" (старший -- Коля Константинов учился со мной, но погиб, утонул, только-только встав на ноги и купив себе лодку с мотором).

Что касается района в сторону Сахалина, то здесь нужно поднапрячься -- я его плоховато помню.