Этническая история Камчатки в книгах С. И. Вахрина

В конце лета 2014 г. в Камчатском крае произошло выдающееся по своему значению для истории и краеведения событие – в свет вышел двухтомник Сергея Ивановича Вахрина – известного и авторитетного исследователя истории нашего региона. Книга «Тайны камчатских имен»* объемом в 2000 страниц следует расценивать не иначе, как фундаментальный вклад автора в наши исторические знания и в этнографию – науку об этносах.

* Вахрин С. И. Тайны камчатских имен. Петропавловск-Камчатский : Холдинговая компания «Новая книга», 2014. Гл. редактор Смышляев А. А. В 2-х т.; 2006 стр.

История Камчатки, как письменное свидетельство о прошлом нашего края, спасибо писателю А. А. Смышляеву и Президенту холдинговой компании С. П. Кожану, вышла в свет всего несколько месяцев назад.. Поэтому книги С. И. Вахрина уже давно стали настольными для его коллег-исследователей, ученых и краеведов, учителей истории, студентов, учащихся школ, читательской массы, живо интересующейся нашим прошлым.

Автором проделан огромный труд. Исследование архивных документальных «залежей» в сочетании с полевой работой – личным опросом сотен земляков об истории их семей, интенсивная переписка, систематическая публицистика в средствах массовой информации и в краеведческих сборниках прочно связывают эпизоды жития наших пращуров с нашей действительностью. Произведения историка отличает высокая ответственность за достоверность публикуемых фактов, а также вдохновенное изложение материала. Это вызывает к книгам Сергея Ивановича доверие. Труды С. Вахрина авторитетно вошли в фонды библиотек края, школ, вузов. Сквозь глубины времени в нашу действительность вошли, да что там, буквально прорвались, исторические личности, отдавшие полуострову много сил и прославившие его на весь мир: управители Камчатки, ученые, духовенство, купцы, промышленники, тойоны и князьки национальных острогов, мореплаватели, защитники региона. Среди них не только мало-мальски известные личности, занимавшие какой-либо руководящий пост и оставивших после себя реальный след в виде документов. Но, и это очень важно, имена рядовых камчатцев. К примеру, ополченцев – защитников Камчатки от японской агрессии в 1904-1905 гг. Большинство из них камчадалы – коренные жители.

Не могут оставить равнодушным превосходнейшие очерки о первопроходце, первооткрывателе Курильских островов Иване Петровиче Козыревском; о руководителе крупного «духовного посольства» Святейшего Правительствующего Синода – православной миссии, – просветителе камчатских народов Иоасафе Хотунцевском, носившем персональный титул «Камчатского архимандрита»; руководителе Камчатского округа А. П. Сильницком и его сподвижнике – начальнике обороны Камчатки от японских интервентов В. Викентьеве; всемирно известном бунтаре и авантюристе А. Беньевском, начальнике Камчатки генерале Кошелеве, главе Нижнекамчатского округа И.-Г. Штейнгеле… Благодаря книгам С. И. Вахрина сотни камчатцев находят в них имена и дела своих предков, испытывая гордость за них, и благодарность автору. 

Книга относится к жанру научно-исторической публицистики. Но это не сухая констатация фактов, дат и фамилий. В книге тесно переплелись этнография, краеведение, география, фольклор, гражданская позиция автора, его патриотизм и романтика изложения. Герои его книг – исторические личности, предстают перед читателем живыми, с яркими характерами, мужественными и ответственными за судьбу нашего края. Поэтому материал читается и усваивается легко.  Последнее немаловажно для студентов и учеников общеобразовательных школ.

В книжной новинке в две тысячи страниц около двух третей объема автором посвящено главной теме его творческой жизни – исследованию истории возникновения фамилий камчадалов, а по большому счету, истории коренного народа, возникшего на полуострове более 200 лет назад, рожденного духом и плотью ительменского и русского народов. Этноним «камчадалы» не нов для истории полуострова. Им первый историк Камчатки С. П. Крашенинников называл ительменов. Этноним пережил удивительную судьбу. Камчадалами в научном обороте ученые прошлых веков называли также всех представителей аборигенного населения, а в ХХ в. и вовсе – всех жителей полуострова: и коренных и приезжих. Когда этнографы высветили и отделили от камчадалов в отдельную самостоятельную демографическую ветвь ительменов (первый среди них Г. В. Стеллер), этноним «камчадалы» был прочно связан с довольно большой группой коренных жителей полуострова – метисами, потомками смешанных браков русских казаков, промышленных людей, крестьян и духовенства в  XVIII-XIX вв. Этот этноним стал самоназванием для обрусевших ительменов и окамчадалившихся русских. У них появился даже собственный язык, вернее сказать, говор, уникальный местный диалект русского языка, выработанный в результате жизненной (бытовой) практики ительменов долины р. Камчатки.

Очень важно, что книги С. И. Вахрина вышли в свет на стыке XX и XXI вв., в период крутого перелома нашей истории, в период смены государственного строя, смены идеологии, в период смятения общественного сознания, когда острой стала необходимость призвать в хаос перемен (перестройки) примеры героической деятельности в регионе наших предков, возродить на Камчатке, разделившейся в политической суматохе на два «самостоятельных» субъекта РФ, патриотическое движение и гражданственность позиций населения, в первую очередь интеллигенции.

Но вернемся к книге «Тайны камчатских имен». Как мне представляется, это подлинная энциклопедия судьбы ительменского народа, который без страха и сомнения, несмотря на противостояние в прошлом, выбрали свою историческую судьбу в тесном братстве с русским народом. Тексты о происхождении имен и фамилий конкретных камчадалов – это краткие, научно обоснованные энциклопедические статьи. Удачно выстроено расположение материала. Освещение судеб наиболее выдающихся личностей рода перемежается с хрестоматийным изложением судьбы рода в целом. Через хронологический перечень фамилий с биографиями Сергей Иванович выстраивает научно-исторический этнографический очерк, надежно соединяя ительменов («камчадалов камчадальской крови», по выражению историка Православия на Камчатке в 18-м – первой половине 19-го вв. протоиерея Прокопия Громова) с «камчадалами русской крови», т. е. с метисированной, сильно  ассимилированной, обрусевшей их частью. Вина ученых –  антропологов и этнографов, а также органов статистики, что такой большой отряд коренного населения опрометчиво отнесен к русскому населению в период приполярной переписи населения в 1926–27 гг. Хотя, не исключаю, что это произошло не без согласия самих камчадалов. Достаточно вспомнить описание К. ф. Дитмаром быта камчадалов западного побережья Камчатки, который (не без едкой иронии и раздражения) приводил твердое и гордое заявление самих камчадалов о том, что они русские!

Потомков детей смешанных браков антропология и этнография обобщенно называют метисами. Но и ветви есть. Скажем, детей представителей белой расы (европеоидной) и негроидной называют мулатами, а от браков испанцев с аборигенами Южной и Северной Америки – креолами. Аналогично назвали и детей от браков алеутов, индейцев и эскимосов с русскими. А вот потомки смешанных браков ительменов с русскими, по логике – те же креолы, своим жизненным двухвековым опытом, без научного вмешательства назвали себя камчадалами. Удивительный демографический плод братского сожительства двух народов. И стоят на этом крепко.

Сергей Иванович – истинный патриот Камчатки и России. Он родился в Олюторском, а  вырос  в Усть-Камчатском районе, который и мне стал родным. Уже тогда (семидесятые-восьмидесятые гг.) работая в должности председателя райисполкома, я обратил внимание на вопросы, поднимаемые С. Вахриным. Чаще всего – это были исторические зарисовки из XVIII–XIX вв. и эссе на этническую тему – происхождение камчадалов. Мне это было близко, т. к. в должности руководителя района ко мне обращались сотни местных жителей по вопросам, связанных именно с принадлежностью камчадалов к коренным народам полуострова. Они ставили вопросы о льготах (здесь более подходит выражение «о правах») по выделению им лимитов рыбы лососевых видов для личного потребления. Одновременно они ставили вопрос о том, чтобы получать рыбу не из госпромхоза или рыболовецкого колхоза. Они просили разрешить им самим вылавливать ее, аргументируя объективность своих просьб тем, что это их наследственный (традиционный) вид хозяйственной деятельности. Этого же добивался и С. И. Вахрин. Он много лет проработал в органах рыбоохраны, и, защищая лосось от браконьерства, одновременно ставил перед властями проблему вылова рыбы камчадалами, коренными жителями. Мои попытки как-то урегулировать этот вопрос натыкался на отрицательное мнение этнографов. Ученые заявляли, что камчадалов как отдельного народа, не существует.

Еще более остро передо мной встала эта проблема после того, как я возглавил отдел по народностям Севера Камчатского облисполкома. Теперь кроме устькамчатцев на прием шли мильковчане и елизовчане. В командировках меня приглашали на стихийные сходы камчадалов. Пришлось поставить эту проблему перед руководством облисполкома в формате национальной политики. Первое. Нужен был заказ облисполкома в Академию наук на фундаментальные научные этнографические исследования о камчадалах. Второе. Пока трудятся ученые, выделить решением облисполкома лимиты на вылов лосося камчадалам и разрешить им самим эти квоты вылавливать. В отсутствие научных резонов нужно официально признать, что камчадалы – это потомки смешанных браков ительменов с русскими. Этого не может отрицать никто, в т. ч. и наука. То есть утвердить истину о том, что камчадалы являются коренными жителями. Они ниоткуда не приехали и никогда и никуда отсюда не уедут.

Мне было поручено уточнить численность камчадалов, внести предложение об ориентировочных лимитах лосося на одного человека (отдельно в селах и городе) и обосновать объективность решения.

Через сель-, пос-, гор- исполкомы были составлены списки семей, в чьих родословных были аборигенные жители. Не только ительмены, но и коряки и эвены… Оказалось, что такого рода коренных жителей на полуострове более 7.000 человек. Отдел облисполкома по делам народностей (так в те годы органы власти с подачи ученых-этнографов официально позиционировали малочисленные этнические группы аборигенных жителей) предложил на одного человека выделять 40 кг. в селах, и по 20 – в городах.

Для формулировки обоснования этого решения я обратился к С. И. Вахрину. Мы сошлись на том, что камчадалы – это метисы, коренные жители, что этой народности (в этом случае такому этнониму самое место) более двухсот лет.

Как уж Николай Алексеевич Синетов – председатель облисполкома, добрая душа, убеждал Совет Министров РСФСР и Госплан, юриста облисполкома, я могу только догадываться, но в ежегодное  распоряжение председателя облисполкома о выделении лимитов рыбы и морзверя (нерпа, лахтаки, моржи, киты – животные из Красной книги) для личного потребления коренными жителями (в 1988 г.) попали и камчадалы. Это стало первым случаем, прецедентом в признании госвластью камчадалов в качестве коренных жителей.

Об актуальности публицистики С. И. Вахрина. В 1990-е годы и в нулевые нового века очень интенсивно в прессе обсуждалась проблема камчадалов. Очевидно, никто бы и не заметил, что есть такая группа коренных жителей. Но вот право на выделение им квот лососевых оспаривалось. И само существование этнонима осуждалось. Оппонентами категорически отрицалось существование такого народа. В полемике принял участие и глубоко уважаемый мною последовательный защитник гуманной идеи о возрождении культуры ительменов Ливерий Федорович  Спешнев. В своих статьях и книге он критикует С. И. Вахрина, П. П. Косыгина и Н. И. Орехову в том, что признание камчадалов коренным народом ведет к расколу ительменского народа. Но Ливерий Федорович, к сожалению, ошибался. Ведь именно в формулировке причин появления этой «особой группы населения» как раз и приводится активное участие во встречной (взаимной) ассимиляции в этих процессах ительменов. И это не вносит раскол в ительменский народ, а, напротив,  соединяет камчадалов с ительменами. Есть серьезный повод и тем и другим при полной добровольности сесть за стол и определить свое родство. В том, что камчадалы получили право называться коренным народом, я оцениваю как реальный прогресс в национальной политике. Это как антивирусная инъекция против бациллы национализма и шовинизма, оздоравливающая и гармонизирующая межнациональные отношения и укрепляющая дружбу между народами.

На Первом съезде коренных народов Камчатки была выделена отдельная секция – «Камчадалы». Вел эту секцию Сергей Иванович Вахрин. Коренные народы Камчатки на этом съезде признали камчадалов своими. Это была первая победа.

Вскоре (26.04.1991 г.) на сессии Камчатского облсовета при рассмотрении вопроса «О мерах по социальной защите малочисленных народов в период перехода к рыночным отношениям» было признано «…наличие в Камчатской области этнической группы – камчадалы». Решение было принято единогласно.

Мы с П. П. Косыгиным приняли участие в сессии. Он выступил, а я при доработке решения продиктовал в протокол (по просьбе председателя Совета П. Г. Премьяка) формулировку об историческом происхождении этногруппы камчадалов.

Далее Пантелей Петрович Косыгин – мой друг и неутомимый сподвижник, к сожалению уже покинувший нас, проводил настойчиво и последовательно идею признания камчадалов коренной этнической группой населения на правительственном уровне. Он десятки раз летал в Москву, привозя новые и новые проекты документов. Он оббивал пороги Института этнографии, Совета Министров и Госдумы РФ. И добился-таки. Правительство РФ 24.03.2000 г. Постановлением № 255 «О едином перечне коренных малочисленных народов РФ» включило камчадалов в единый строй аборигенов Севера, Сибири и Дальнего Востока. Это памятник и ему – П. П. Косыгину – «Камчадалу № 1». Благодарные земляки заслуженно присвоили ему высокое звание «Почетный гражданин Елизовского района».

Это должно радовать, а не огорчать лидеров движения за гуманизацию культурной, общественной и хозяйственной жизни аборигенного населения полуострова.

Думаю, что нелишним будет оставить в памяти поколений камчатцев историю создания общественной организации Ассоциации коренных жителей Камчатского полуострова – камчадалов. В 1988 г. нивхский писатель В. М. Санги поставил вопрос   перед Правительством СССР об образовании Всесоюзной Ассоциации малочисленных коренных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока. Целью было возрождение и развитие национальной и духовной культуры аборигенного населения указанного региона и активизация национального самосознания, привлечение самих этносов к участию в возрождении национальных культур. Прямо скажем, что к формированию национальной политики этносы Приполярья, Заполярья и Дальнего Востока, по большому счету, не привлекались, хотя и из их числа было немало депутатов Верховных Советов СССР и РСФСР. Одной из причин было отсутствие в Верховном Совете РСФСР Совета по делам национальностей. Собственно национальной политики хватало и на территории РСФСР, но многие вопросы, в т. ч. возрождение культур и их развитие, как основы этнического самосознания, пробуксовывали. Мало того, 1950-60 гг. произошло массовое закрытие «бесперспективных» национальных сел и поселков (на Камчатке более 50-ти). Культура аборигенов стремительно ассимилировала. Проблема создания Ассоциации обсуждалась под патронажем СМ СССР на всесоюзном совещании в этнографическом институте им. Миклухи - Маклая. Присутствовал и представитель ЦК КПСС – В. Степанов. Обсуждение было вялым. Из представителей с мест выступила лишь Камчатка. В своем выступлении я сообщил, что Камчатский облисполком поддерживает предложение о создании национальных общественных организаций, обладающих законодательной инициативой в вопросах развития письменности, языков, других элементов материальной и духовной культуры. Через год пришло распоряжение об образовании Ассоциаций коренных жителей по местам их компактного проживания. И наш отдел занялся этой работой. В январе-феврале 1990 г. Ассоциации были созданы в национальных районах, Корякском округе и в целом в Камчатской области. Одновременно было принято решение о создании Ассоциации камчадалов. В помощники я пригласил елизовчанина  Пантелея Петровича Косыгина. Отдел занялся проведением собраний и конференций по населенным пунктам и районам, а П. П. Косыгину поручено заняться подготовкой общекамчадальской конференции. С помощью сель- и поссоветов были проведены собрания, избраны делегаты. Общеобластная конференция камчадалов в Елизово избрала своим Президентом П. П. Косыгина.

А в марте 1990 г. в Московском Кремле состоялся I Съезд малочисленных народов Союза ССР. На нем присутствовал Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев. После распада СССР начался «парад суверенитетов». Корякский округ отделился от Камчатской области. Ассоциациям народов Севера в такой ситуации нужно было бы еще теснее объединиться между собой. Другого выхода не было, т. к. число коряков, ительменов, эвенов, алеутов, чукчей в общей массе населения составляли всего 2,7 %. Но этого не случилось. Корякская Ассоциация вышла из областной, а Ассоциация ительменов не стала входить в состав Ассоциации Корякского округа. То есть все разбрелись по «национальным квартирам». Спустя некоторое время все же удалось создать инструмент объединения всех в Союз Ассоциаций, в котором основой стала Ассоциация камчадалов.

В заключение скажу, что события, изложенные выше, а также выход в свет книги Сергея Ивановича Вахрина поставили точку в многолетних спорах о том, существуют ли камчадалы как этническая группа коренных жителей. Открываешь книгу, составленную научно – на базе официальных документов, и вот они – камчадалы! Автором они названы поименно в хронологическом порядке. Этот список продолжат пополнять потомки славного камчадальского племени, ведущих свою родословную вместе с древним народом полуострова – ительменами.

Спасибо, уважаемый Сергей Иванович.

Артур БЕЛАШОВ
директор Музея истории Православия на Камчатке и в Русской Америке,
 действительный член Русского географического общества